Карибская сага

Рядом с заваленным подземным коридором обнаружились сложенные в невысокие штабеля каменные плиты, вырезанные из туфа: метр на метр, толщиной сантиметров сорок.

– А ну-ка, взялись! – велел Ник Банкину и сам ухватился за край верхней плиты.

– Килограмм шестьдесят пять, а то и все семьдесят, – отдуваясь, прикинул на глаз Гешка."

"– Нормально, кладём на место, – удовлетворённо кивнул Ник, после чего вежливо обратился к Смиту, старательно державшемуся в последнее время у него за спиной: – Вот что, уважаемый Шварценеггер, то есть, Смит. Передайте мистеру Брауну, что мы сложим из этих каменных плит высокую лестницу и дальше уже пойдём вентиляционным штреком. Только пусть господин профессор нас обеспечит прочной верёвочной лестницей, чтобы на выходе из штрека можно было спуститься в Тайный зал…

По случаю окончания первого этапа работ Ник решил устроить выходной: устали все – и физически, и морально.

Нару, отобрав несколько чиго себе в помощники, занялась приготовлением праздничной трапезы, остальные разбрелись по Загадочному залу – кто куда.

Было, ей-ей, здесь на что посмотреть! Все стены этого помещения – метров на пять от каменного пола – представляли собой одно сплошное панно, состоящее словно из иллюстраций к роману, написанному в стиле изощрённого фэнтази.

– Как же это они умудрились сделать? – громко удивлялся Банкин, осторожно трогая ладонями абсолютно-гладкую стену. – Создаётся устойчивое впечатление, что все эти милые картинки нарисованы изнутри. Или – снаружи, а потом тщательно покрыты очень толстым слоем прозрачного лака…. Да, умели в старину делать всякое, в смысле – обладали хитрыми технологиями. А техника рисунков какая, мать моя женщина! Современные художники обзавидуются, и от тех завидков – непременно обкакаются жидко, честью клянусь…

Прав был Гешка, искусно всё было изображено на этих стенах, каждая деталь была старательно прописана, даже многие пропорции были тщательно соблюдены, что совсем несвойственно и нехарактерно для наскальной живописи.

Все картинки и рисунки можно было условно и приблизительно разделить на три большие группы.

Первая – разнообразные птицы и животные. Даже знакомые встречались изредка: благородные олени с узорчатыми рогами, чёрно-белые аисты, полосатые тигры, длиннющие ящерицы, коварные змеи…

Вот, явно – мамонт: торопится куда-то по своим делам, а это – саблезубая тигрица с двумя крохотными тигрятами вышла на променад…

Впрочем, большинство картинок представляли собой одну сплошную экзотику: голенастый орёл с двумя сонными головами, пятнистые лошади, только вместо копыт – лапы с длинными острыми когтями, волки с головами очковой кобры, драконы огнедышащие – в немалом ассортименте…

Вторая группа – сплошные воинские баталии.