Караваль

Будь Хулиан в самом деле Легендо, ей было бы куда проще возненавидеть его за все, через что он заставил ее пройти. Но теперь, зная, что он – брат истинного магистра Караваля, она совершенно растерялась.

Она отстранилась, чтобы избежать прикосновения его руки, и он уязвлено понурился. Конечно, ему было больно, но он попытался скрыть это, потерев ладонью подбородок. Сейчас он был чисто выбрит и выглядел моложе, чем во время игры, но…

Скарлетт застыла. Она только теперь заметила, что оставленный ее отцом шрам никуда не исчез: он тянулся тонкой рваной линией через всю щеку к уголку глаза. Она-то полагала, что, раз Хулиан чудесным образом воскрес, то и рана его исчезнет сама по себе, будто и не было событий той страшной ночи.

Перехватив ее пристальный взгляд, Хулиан ответил на невысказанный вопрос:

– Хоть я и не могу умереть во время игры, полученные раны все же оставляют шрамы.

– Я этого не знала, – пробормотала Скарлетт.

Она не хотела встречаться с Хулианом из опасения, что для него, в отличие от нее, игра не была подлинной. «Караваль представляет собой переплетение реальности и вымысла», – говорила Телла и, возможно, была права.

– Мне очень жаль, что мой отец так с тобой обошелся.

– Я знал, на какой риск шел, – ответил Хулиан. – Если именно поэтому ты теперь так отчаянно меня сторонишься, прошу: не нужно ни о чем сожалеть!

Скарлетт снова отыскала глазами его шрам. Она всегда считала Хулиана красивым, а теперь, благодаря полученному настоящему шраму он и вовсе сделался в ее глазах неотразимым. Эта отметина напоминала ей о его храбрости и самоотверженности, а также о том, что он внушил чувства, которых она никогда прежде не испытывала. И пусть он не был тем юношей, каковым она его считала на протяжении игры, но и незнакомцем определенно не являлся. Все его поступки совершались ради блага брата. Если кто и может его за это осудить, то уж точно не Скарлетт.

– В жизни не видела ничего прекраснее твоего шрама.

Хулиан посмотрел на нее широко раскрытыми глазами:

– Так ты меня прощаешь?

Скарлетт заколебалась. Если хочет уйти, то сейчас самое время. Телла пообещала, что по желанию Скарлетт после бала они могут навсегда позабыть о Каравале и начать новую жизнь на другом острове или даже переберутся на континент. Прежде Скарлетт опасалась, что не сможет сама о себе позаботиться, но после игры убедилась в обратном. Им с сестрой любая задача по плечу.

Однако, глядя на Хулиана, Скарлетт не могла отрицать, что он тоже ей нужен. В памяти всплыли все те причины, по которым она его полюбила. И дело было не только в его привлекательном лице или улыбке, при виде которой у нее в животе словно начинали порхать бабочки.