Карамазов. Книга 3

Рыцарь сорвал наплеч и бросил его на пол. А через пару секунд на мозаике уже лежала горка ржавчины.

Рыцарь вышел из облака пыли. Но двигался он будто пьяный. Его шатало, а движения были какими-то неуверенными. Но контратаку Чумы он все же смог предугадать.

Он сделал шаг вперёд, топнул ногой, и из плит пола, прямо в том месте, где оказался Чума, выскочил костяной шип. И от удара Чуму аж подбросило. А Рыцарь с трудом шагнул к упавшему оглушенному противнику.

Под тяжёлой подошвой хрустнул ещё один шарик и Рыцаря окутало зелёное облако. Но боец не стал блокировать атаку. Коснулся острием меча брата, который распластался на полу. И от клинка к телу потянулась синяя нить. Чума вздрогнул, тело Хранителя начало покрываться инеем. Изо рта урода вырвалось облако морозного пара. Спустя несколько мгновений Чума уставился в потолок пустым, невидящим взглядом.

Тут я понял, что лозы ослабли. И мы с Виктором снова можем шевелиться.

— Вот… и … все, — победно прохрипел Рыцарь.

Он вдруг покачнулся и рухнул на колени. Железо доспехов лязгнуло о плиты пола. Хранитель закашлялся. Снял шлем и бросил его на пол.

Я ожидал увидеть лицо старика. Но передо мной был все тот же мужчина, которого я запомнил в видении в башне Хранителя Мудрости. Только длинные волосы были абсолютно седыми. Он вдруг улыбнулся и посмотрел в потолок зала. Довольно улыбнулся:

— Свет, — прохрипел он, сплевывая на плиты пола красное. — Я… снова… вижу… его.

Хранителя окутала мягкая белая аура. Он обернулся, уставившись на меня:

— Свет вновь принял меня. Подойди ко мне, — по-отечески мягко произнес он, протягивая ко мне все еще твердую руку.

Мы с Виктором переглянулись. И я с опаской шагнул у стоявшему на коленях Хранителю.

— Дай… ладонь, — прохрипел он.

Пальцы в латной перчатке вложили в мою руку что-то металлическое. Кожу обожгло холодом, и мне стоило великих трудов не отдернуть руку.

— Я снял его после того, как свет покинул меня, — прохрипел Рыцарь. — Отдай его тому, кто достоин. Я знаю, в твоём окружении есть такой человек.

— Но… если я ошибусь? — оторопело переспросил я.

Рыцарь улыбнулся и покачал головой:

— Эту вещь сможет принять только светлый человек. Тот, кого не поглотили мирские пороки. А теперь зови Легбэ. Мне не терпится встретиться с папой.

— Не надо никого звать, — прозвучал от двери знакомый бас. — Я сам пришел за тобой.

Я обернулся. В дверном проёме стоял Легбэ, в неизменном черном фраке и высоком цилиндре. За его спиной маячил двое. Светловолосый мальчишка в белой рубахе, и мужчина в черном костюме, очень похожий на гробовщика. И при виде гостей, Рыцарь дружелюбно усмехнулся и прохрипел:

— Явился.

Легбэ кивнул и достал из кармана сигару:

— Решил лично проводить тебя и твоего братца.

Рыцарь кивнул:

— Справедливо.