Карамазов. Книга 2

Ветер трепал натянутые баннеры с именем певицы и группы, которые собирались выступать. Жирная чайка уселась на стойку и несколько раз с силой ткнула в микрофон клювом.

Наконец я вышел к нужному зданию и отряхнул лацканы пиджака, от налипших на них неведомым образом конфетти. Пробегающий мимо чернявый ребенок попытался было выхватить из моих рук папку с документами. Но получил ловкий пинок под задницу и не останавливаясь скрылся за углом.

— Эх, молодость, — усмехнулся я, вспомнив Мейхэма. И потянул на себя дверь.

Небольшой холл выходил в светлую приемную. Напротив двери расположился тяжелый стол. За ним сидела девушка со смуглой кожей, темными волосами, собранными в узел на затылке, высокой грудью и сильными пальцами, которыми она стучала по механическим клавишам старой печатной машинки. На ее переносице сидели тяжелые очки в роговой оправе. Красная помада четко очертила тонкие губы. Из-под коротких рукавов легкого платья виднелись витиеватые татуировки.

— Вы к кому? — сурово уточнила она, посмотрев на меня поверх стекол.

— К Калинину.

— Фамилия? — она взяла с края блюдца рядом с кофейной чашкой тонкую сигарету и затянулась.

— Карамазов.

— Ясно, — выдохнула она и взяла трубку дискового телефона, набирая три цифры. — Карамазов в приемной… Да… Ясно.

Она ударила трубкой по рычагу и поднялась на ноги, чтобы подойти к двери, с надписью «АК». Короткая юбка позволила рассмотреть рисунки на бедрах и лодыжках девушки.

Девушка приложила ладонь к замку, и он оттаял. Только теперь я понял, что дверь прежде была заморожена.

Секретарша вернулась на свое место и вновь взяла сигарету.

— Чего уставился? Иди.

Я толкнул створки и вошел в кабинет. Именно таким я и представлял вотчину Калинина. Несколько старомодный, уютный с массивной мебелью, стеной, завешенной грамотами, полочкой с наградами и снимками. Единственным, что выбивалось из общей картины, был большой аквариум, в котором лениво плавали крупные красноперые рыбы.

Калинин и Беломорцев уже сидели за столом.

— Проходите, Алексей Юрьевич, — заметив меня в дверях, недовольно произнес Калинин.

— Благодарю.

— Как-то вы не особенно торопились, — Беломорцев закинул в рот мятную конфетку из вазочки, стоявшей в центре стола.

Я пересек комнату и положил на стол бумаги:

— Все образцы заполнены и подписаны.

Калинин взял папку, принялся перебирать документы.

— На месте, на месте, — бормотал Алексей Викторович. — А где… Ага, вот оно. Вроде все.

Он передал бумаги коллеге. И процедура изучения повторилась.

— Поздравляю с первым закрытым делом, Алексей Юрьевич, — сухо поздравил меня Калинин и протянул планшет. — Подпишите копию акта выполненных работ и сумма будет переведена на ваш счет.

Я благодарно кивнул и склонился над планшетом.