Карамазов. Книга 2

— Шаман стал одержимым? — уточнил я.

— Рипер любит ломать таких, как он. Убежденных фанатиков и идеалистов. И как бы ни была крепка вера Вихо…

— Я понял, — пробормотал я и откинулся на спинку кресла. — И что он умеет?

— Сильный боец природной школы. А еще может выпускать в этот мир семью. Каждый из которых обладает своими особенностями.

— Весело, — протянул Сокол.

— А еще, он охотится на инквизиторов. Типа меня. Или Сокола.

— Дюжина скальпов.

— Да. Скорее всего, таков их договор с Рипером.

— Стоп, — оборвал я Иванушку. — Но Добрынин…

— Основателем семьи был легендарный Убийца Змея. Добрыня был одним из первых, кому была дарована Сила. Как и Алеша…

— И Муромец, — закончил я.

Иванушка кивнул.

— Предки этих древних семей числились в ордене охотников-бесобоев. Правда, многие… расслабились на императорском окладе. Работу продолжал только Алешин.

— Вот оно что. Тогда почему Беломорцев не предупредил нас о…

— Скорее всего, старик уже позабыл об этом отделе, — ответил Виктор. — Вот и не заметил закономерности.

— Ладно, теперь главный вопрос. Где искать этих одержимых-хранителей? Иван, ты говорил, что круг, в который они шагнули…

— Портал входа. Он связан с таким же порталом, в котором вышли Рипер и Катерина Сергеевна. Сейчас.

Дружинник достал из кармана и положил на стол старый, исцарапанный телефон.

— Вот.

Мы уставились на снимок круга, по диаметру которого были начертаны какие-то странные знаки.

— Что «вот»? — не понял Сокол.

Иванушка посмотрел на дружинника, словно сомневался, в своем ли Сокол уме:

— Эти знаки, — боец ткнул пальцем в несколько письмен по диаметру. — Руны среднего портала. Значит, цель должна была выйти из круга где-то в трех километрах от парка, в котором мы встретились.

— Нет гарантии, что там не было нового портала. И еще одного.

— Создание портала отбирает много сил. Второй бы Рипер не потянул, — пожал плечами парень.

Разговор прервал телефонный звонок. Я покосился на аппарат, жужжащий на столе. На дисплее высвечивался номер Калинина. Вот и помяни нечистую силу к ночи. В душе кольнуло недоброе предчувствие. Но я отбросил страх и взял телефон. Провел по экрану пальцем, принимая звонок:

— У аппарата, Алексей Викторович, — осторожно начал я.

— И тебе долгих лет жить и здравствовать, Карамазов, — послышалось из динамика. — Только вот вечер-то с чего добрый? Или ты хочешь сказать, что вы хранителей поймали, и мне есть что доложить начальству?

В голосе Калинина послышались нотки зарождающейся надежды, но мне пришлось его расстроить:

— Поимка в процессе. Сейчас как раз думаем, где могут скрываться эти…

Я чуть было не ляпнул «одержимые», но вовремя поправился:

— Хранители.