Карамазов. Книга 2

Предки Муромцевых, Алешиных и Добрыниных снискали славу еще в дружине князя Святослава и были лучшими воинами. Муромец, Алеша и Добрыня, — основатели первых семей. Поэтому первенцев называли в их честь.

— А кто еще ведет родословную от времен Святослава? — поинтересовался я.

— В той дружине были потомки Финиста. И Марии Моревой, — начала перечислять Калинина.

— Сергей Волков, — добавил Виктор. — И Василиса Чернова.

— Вместе с убитыми семеро.

— Я, — послышалось от дверей.

Мы обернулись. В дверном проеме стоял новый дружинник.

— Тот с мечом тоже? — уточнил я.

— Тоже, — с неохотой подтвердил Иван. — Наши семьи лишили титулов и привилегий после Гражданской войны.

— Выходит, мне повезло заполучить в дружину сразу трех легендарных бойцов? — удивленно переспросил я.

Иван кивнул:

— Вам повезло, князь. А по поводу хранителей…

Разговор прервала мелодия звонка. И я достал из кармана телефон.

На экране высвечивался номер Калинина.

— У аппарата! — бодро отрапортовал я.

— Уже заполучил в свою команду легендарного бойца? — сухо уточнил Алексей Викторович.

— Да.

— Значит, ты не совсем дурной. Парень маленько со странностями…

— Это я уже понял, — оборвал я начальника охранки. — У вас что-то важное?

— Хранитель прислал мне письмо.

— Чего? — не понял я.

— Письмо. Такое, в конверте. Написанное от руки. Сейчас.

Телефон пискнул, оповещая о пришедшем сообщении.

— Секунду.

Я свернул звонок и зашел в мессенджер. В чат пришло фото. Я открыл его, удивленно присвистнул.

Почерк был неразборчивым, и слова разбирались с трудом:

«Смертные!

Вы не поймали меня за сотни лет и никогда не поймаете. Вы никогда не видели меня, потому что я невидим, как газ, который окружает вашу землю. Я не человек, а дух. Демон из самой Преисподней. Я то, что вы и ваши глупые жандармы, называете Дровосек.

Когда я сочту нужным, то вернусь и потребую других жертв. Я один знаю, кем они будут. Я не оставлю никаких подсказок, кроме следов от моего топора, и снятого скальпа.

Если вы хотите, можете сказать жандармам быть осторожным, чтобы не раздражать меня. Конечно, я разумный дух. Я не обижаюсь на то, как они проводили свои расследования в прошлом. На самом деле, они были настолько глупы, что не только развлекали меня. Пусть они не попытаются узнать, кто я.

Несомненно, вы думаете обо мне как о самом ужасном убийце, которым я являюсь, но я мог бы быть намного хуже, если бы захотел. Если бы я хотел, я мог бы посещать ваш город каждую ночь. По желанию я мог убить тысячи ваших лучших граждан (и самых худших), потому что я в близких отношениях с Ангелом Смерти.

Надеюсь, что ты опубликуешь это. Я был и буду худшим духом, который когда-либо существовал или на самом деле, или в сфере воображения.

Дровосек».

— Прислал в жандармерию? — уточнил я.