Карабинер (СИ)

Зачем ворошить несбыточное?

Малышка была первым человеком, которого я пустил к себе в жизнь, ломая всё ради того, чтобы быть с ней. Я менял свою жизнь, желая стать другим, незнакомым себе человеком, способным иметь семью. Я хотел ребёнка именно от неё. Хотел просыпаться и целовать их, чувствовать любовь и возвращать себе чувствительность. Меня не любили никогда, а я бы обожал своих детей.

- Он мне ещё нужен. – Говорю Серхео, отвлекаясь от собственных грустных мыслей. – Да и, может, одумается. Нам нечего делить.

С раннего детства мне повторяли, что такого ублюдка как я любить нельзя. Я всего лишь выродок, выброшенный на улицу без роду и племени. Чёрный мусор. Воспитательницы не сильно церемонились с детскими чувствами.

Казалось бы, с детьми должны работать люди, любящие детей, но почему-то в нашем интернате собрались только те, кто ненавидел детей всей душой.

До подросткового возраста я ненавидел своих родителей, хотя и не знал, кто они. Не мог придумать оправдания, почему они бросили меня и подвергли вечной пытке. Позднее, когда Матео открыл мне правду, я стал ненавидеть только отца, узнав о судьбе матери. Тогда я пообещал себе, что отомщу ему и не позволю убить меня так же, как и её.

Мне пришлось постараться, чтобы выжить, не сдохнуть на Сардинии, выкарабкаться с того света и пойти в услужение Карризи, чтобы заручиться связями на будущее. Я подписал своеобразный договор с Дьяволом, где обязался продать душу. Взамен у меня появились возможности.

Чем выше я поднимался, тем сильнее меня не любили.

Ната сначала заставила меня поверить в то, что меня можно любить, а потом доказала, что такой как я не заслуживаю любви… Девчонка забралась мне под кожу и нанесла самый болезненный удар за всю мою жизнь.

Поездки за город вымотали меня, я каждый день приказывал себе не ехать к Нате, но всё равно всё бросал и мчал к девчонке. Мой личный наркотик, бесконечная слабость. Нужно было отказаться от неё, а я не мог.

- Ты расплатился с Франческой? – Я никак не мог запомнить имя девчонки, которую нашёл Амирхан. Она была дочерью какого-то музыканта и хотела, чтобы её заметили, мне нужно было сопровождение. Мужчина кивнул. – Отлично. На следующей неделе церемония награждения, нужно чтобы она была.

Франческа меня вполне устраивала. Она не липла, не просила внимание, между нами были исключительно деловые отношения.

Я бы с удовольствием выходил с Натой в свет, но что-то мне подсказывало, что девчонка могла с лёгкостью поймать журналиста и вылить на него все свои мысли обо мне. Новые скандалы мне пока были не нужны.

Так сильно ненавидит меня, что готова убить. Маленький ягнёнок стал настоящим хищником. Не послушная. Злая. Своенравная. И только на моём члене забывает обо всём.