Карабинер (СИ)

Не знаю, как ещё объяснить его телепатические способности. – У меня никогда не было семьи, но моя мама проявила чудеса стойкости и силы, чтобы сохранить мне жизнь. Её поступок заставил меня всегда в тайне хотеть настоящую семью с женой, готовой на всё ради моих детей и меня. В моём представлении в моей семье не может быть лжи, предательства и измен. – Карабинер делает паузу. Чувствую, как происходит внутри него борьба. – И я не хочу быть таким же слабым как мой отец, не позволю кому-либо причинить вред моей жене или детям.

Невольно вспоминаю разговор с Сергеем, я успела забыть про него.

Нервно вскакиваю на ноги, вытягиваюсь по струнке, переживая, что поплачусь за молчание.

- Ох, Зейд… - Моя реакция вызывает смешанные эмоции у мужчины, он каменеет и сжимает руки в кулаки. Зейд понимает всё по-своему. – Я забыла тебе рассказать кое-что. Вчера, когда я гуляла по Риму, ко мне в кафе подошёл секретарь в посольстве. Он хотел заключить со мной договор, информация о тебе в обмен на билеты в Россию.

Зейд заметно расслабляется после моего скороговорки. Я говорила на одном дыхании.

Мужчина откидывается на стуле и смотрит на меня уже весело.

- Боишься, что я проверял тебя и ты снова не прошла проверку? – Моё лицо само за себя говорило. До сих пор я была не уверена, что Сергей действовал сам. – Не переживай, мелкий гавнюк такой мелкий, что может отсосать у меня с твоего позволения, конечно же. Он решил выслужиться и заполучить вкусную должность, но даже не знает, что у меня давно всё схвачено не только в посольстве, но и за его пределами. Думаешь, кто покрывает пропажу девочек, прибывших в Италию?

У меня мир переворачивается.

- Ната, твоя наивность не перестанет меня поражать. – Мужчина качает головой. Достаёт пачку сигарет и закуривает. - Прежде чем заняться обработкой и её перевозкой в Рим, её пробивают и одобряют. Основное и единственное условие – она должна быть одинокой и никому не нужной, чтобы никто в России не искал её.

Одинокая и никому не нужная… Какое точное описание моей жизни. Сирота без дружей и семьи.

Глаза увлажнились сами собой. Неприятно слышать такое.

- Не надо. – Резко предупреждает меня Зейд. – Прошлое в прошлом, а на правду не обижаются, Малыш. Я помню про обещание тебе подумать, как прикрыть это дело.

Не верю своим ушам. Вскидываю вопросительно брови. Наш разговор начинает напоминать американские горки, каждый круг удивляет всё больше.

Зейд усмехается, затягивается и выдыхает клуб белого дыма. Раньше я терпеть не могла запах никотина, а теперь растворяюсь в этом запахе, наслаждаясь процессом вместе с Карабинером.

- Есть у меня пара идей, но будет это не скоро. Такие дела не решаются одним днём. – Его слова заставляли меня надеяться, что мы сможем жить как обычные люди.