Капучинка

— Марфута, — пытался объяснить парень, стараясь говорить спокойно, — То, что произошло в тот день, моя вина. Я сам виноват. Сам все исправил. Тебе не нужно лишний раз приходить и, увидев меня, вспоминать ту аварию. Ты должна жить полной жизнью.

— А кто сказал, что я живу не полной? — тихо поинтересовалась Марфа, — У меня есть все. Семья. Друзья. Любимая работа. Даже парень есть. Так что, не переживай, все у меня отлично.

Кирилл сидел, понимая, что теперь он точно не встанет без помощи с этой гребаной лавки. И почему он своим идиотским мозгом решил, что она страдает? Возможно она просто проявляет заботу об одном эгоистичном ублюдке, потому что добрая по своей натуре. А он уже было решил, что она любит его, как утверждала раньше, как писала в стихах для него. Идиот, хоть и чрезмерно высоким уровнем IQ.

Семья. Друзья. Работа. Любимый парень… Да, все так, как нужно. Все у нее в порядке. Она молодец

Вот только губы все еще помнили ее поцелуй.

— Хорошо, Марфута, я очень рад за тебя, — склонив голову, проговорил Кир, — Ты беги. Я уже вызвал такси, скоро за мной подъедет машина.

Но вопреки словам девушка все так же сидела рядом с ним на лавке.

— Мне кажется, нужно сменить повязку, — вздохнула Марфута.

Кир посмотрел на ее руку. Да, вся мокрая и грязная.

— Я же велел не утруждать руку, — вздохнул Кирилл, поднимаясь на ноги, — Бинт у тебя есть?

— Валялся где-то, — небрежно пожала плечом Марфута и поднялась следом.

Подъем дался Киру непросто. Нога горела огнем, протез нещадно тер, и ко всему прочему начала раскалываться голова. Но он шел вслед за рыжеволосым солнышком, глядя на ее спину, и, что уж скрывать, на попу, затянутую в светлые джинсы.

В квартире Марфа пошла в гостиную, вынула чемоданчик с лекарствами и поставила его на столик. Сама села на диван, а Кир ушел в ванную, вымыть руки.

Глядя на свое отражение в зеркале, Кир понял, что ходит по грани. Смертельная усталость вперемешку с диким первобытным желанием и щемящей нежностью к девчонке рушили его самоконтроль.

Вымыв руки и плеснув в лицо холодной водой, парень вернулся в гостиную.

Ручка Марфуты была теплой, изящной, с длинными пальчиками с коротко остриженными ногтями. Никакого лака и украшений. Кир понял, что хотел бы поцеловать ее ладонь. Просто развернуть и прижаться к ней ртом.

Никогда наложение повязки не давалось ему так тяжело. Но он справился, предварительно тщательно осмотрев и обработав рану.

— А можешь мне только палец забинтовать? — попросила Марфа, — Мне на завтра статью сдавать. Без одного пальца я справлюсь, а вот без все руки не очень.

Кир кивнул. Спустя полчаса на изящной ручке красовался белоснежный бинт с аккуратным бантиком.

— Шикарно, — заулыбалась девушка, любуясь на вытянутую руку, — Думаю, доктор Царев, вы заслужили ужин.