Капкан на спонсора

Три дня назад вернулись из одного паршивого места. Слава богу, все вернулись с головой. Ну и решили отметить… Именно по этой причине я и выпил с друзьями, вместо того чтобы дома в спокойной обстановке перечитывать классику, к чему я склонен значительно больше в силу своего характера.

Я подозрительно на него покосилась, а он ответил мне исключительно честным взглядом и младенчески невинной улыбкой.

– И что из классики вам особенно по душе? – съязвила я.

– Толстой, – не моргнув глазом заявил Роман. – Лев. «Война и мир». Очень актуальное произведение, вот сколько раз перечитывал, столько и рыдал, в некоторых местах… Не поверишь, как это меня трогает.

Я еще раз на него покосилась: как-то сомнительно, чтобы такого типа вообще что-нибудь могло тронуть. Блины я разогрела и выставила на стол, а сама стала готовить кофе. Пока перемалывала зерна, с блинами было покончено. Если честно, это произвело впечатление: и количество съеденного (Женька понемногу готовить не умеет, у нее душа широкая), и скорость. Я моргнула растерянно, а Роман покраснел.

– Э-э, – виновато начал он, – кажется, я немного увлекся.

– Ничего-ничего, – пролепетала я. Физиономия его сияла от удовольствия, а взгляд косил за мою спину, туда, где находилась газовая плита со сковородкой и кастрюлями. «Надо удалять отсюда этого обжору», – поняла я и приветливо предложила: – Может, вы пока подождете в комнате? Кофе будет готов минут через десять.

– А нельзя нам это время немного поболтать? – подхалимски проговорил он.

– О чем это? – насторожилась я.

– О чем угодно, – он пожал плечами.

– А вы вообще кто? – решила я с ним не церемониться.

– В каком смысле? – вроде бы испугался мой гость.

– В буквальном. Болтаете про какие-то командировки, выглядите… странно, пьете по четыре дня…

– А-а, – сообразил он и чему-то обрадовался. – Давай я лучше документы покажу. – Он выбрался из-за стола и потопал в прихожую, а вернулся с паспортом и удостоверением. В удостоверении я мало что поняла, конечно, имя и фамилию прочитала, а что там дальше, осталось для меня тайной за семью печатями.

– Что это вообще такое? – разозлилась я.

Роман хлопнул длинными ресницами и пояснил обиженно:

– Спецназ. В общем, я совершенно безопасен. Для женщин и детей.

Верить в это упорно не хотелось, и я взялась за паспорт. Громов Роман Андреевич был прописан по улице Володарского, дом двенадцать, квартира восемь. Он мой сосед, и очень возможно, действительно возвращался к себе после четырех дней запоя, а наша встреча – чистая случайность. Такому здоровяку, да еще спецназовцу, поколотить троих хулиганов ничего не стоит, так что…

– Слушайте, а куда вы делись? – додумалась спросить я.

– Когда? – растерялся он.

– Мы вышли из троллейбуса вместе, а потом вы куда-то исчезли.