Капкан (СИ)

— Всё хорошо? — интересуется папа, когда мы остаёмся вдвоём.

— Более чем! — натягиваю улыбку, хотя понимаю, что он мне не поверит.

— Возвращайся к нам! Здесь твой дом, здесь накормят, поддержат и согреют! Нам с мамой не по себе, что ты живёшь одна! Страшно за тебя!

— Мне легче одной, правда.

— Если это касается его, то мы уже забыли и закрыли эту тему, — говорит о Эльдаре. В нашем доме не принято произносить его имени.

Хочу ему что-нибудь соврать в ответ. Сказать, что дело не в нем. Но дело ведь именно в нем, поэтому помалкиваю.

Когда родители узнали о моей связи с Эльдаром, в доме впервые разразился скандал. Да такой, что гремели стены.

Они были категорически против кавказского мужчины, который старше меня на 15 лет. Они утверждали, что он женат, ссылаясь на мою наивность. А я доказывала им обратное, не желая слушать их предположения. Я продолжила открыто встречаться с ним, погрузившись головой и сердцем в него.

Родители так и не приняли моего решения. И однажды, не выдержав напряжения, я собрала вещи и уехала жить к подруге. Но вскоре, Эльдар подарил мне квартиру, выказав огромную поддержку. Он помогал финансового, морально, отвлекал от угнетающих мыслей, но никогда не пытался поговорить с родителями и получить их благословения. Об этом никогда даже речи и не шло. Но тогда я не придавала этому значение.

Придала лишь тогда, когда было уже слишком поздно и больно. В роковые предновогодние дни.

Я долго не могла признаться обо всем родителям. Боялась очередного скандала и слов: «Мы ведь тебе говорили». Понимала, что морально не выдержу этого, поэтому целый месяц после расставания избегала с ними встреч.

Я готовилась к самому худшему, что могло бы произойти, но они меня удивили, окончательно растоптав осколки разбитого сердца. Они молча обняли меня и никогда, никогда не упрекали за совершенные ошибки."

"Именно в этот момент, я осознала всю никчемность своего нутра. Ведь за те полтора года я успела причинить им не только множество боли, но и осудить их за непонимание и тайно возненавидеть. А такое невозможно извлечь из себя, и уж тем более простить.

Мне по сей день стыдно смотреть им в глаза и долго находиться под одной крышей. Поэтому, отбросив гордыню в сторону, я осталась жить одна в подаренной Эльдаром квартире. Уж за свои страдания, я заслужила её.

Не нужно им видеть и знать жизнь, которую я избрала для себя. Вдали от них, я могу притворяться счастливой, могу притворяться успешной. Я могу просто притворяться. Под одной крышей с ними — это невозможно.

— Или ты возобновила с ним связь? — прерывает долгую тишину.

— Нет, — отвечаю без промедлений.

— Тогда возвращайся. Меня повысили, мама тоже стала больше зарабатывать. Мы справимся. А ты, наконец, отдохни. Хватит с тебя помощи.