Капкан на спонсора

Женьки более чем достаточно. Анька человек неплохой, но язык у нее… в общем, без костей. На этот самый язык я в настоящий момент очень рассчитывала и не ошиблась.

– Помню я вашего Аверина, – кивнула она. – Вполне приличный мужик, только с лишними деньгами.

– Почему это с лишними? – уточнила я."

"– К нам ходят граждане двух категорий: первые – это те, кому давно пора в психушку, шизики, одним словом, никакой аналитик не поможет, а вторые, как твой Аверин, таскаются от безделья, хотя, может, не от безделья, а оттого, что не знают, чем себя, кроме работы, занять. В Америке у каждого более-менее крупного бизнесмена свой психоаналитик, вот и до нас мода дошла, хотя по-русски проще и не в пример дешевле: сел с хорошим человеком, раздавил пузырь – и пошли трепаться за жизнь, чем тебе не сеанс психотерапии? Но это для трудовых слоев населения, а твоему Аверину приставать с вопросом: «Ты меня уважаешь?» к алкашу возле пивнушки неловко, вот он к нашему Колобку и подался.

– А о чем они с Колобком говорили, ты не знаешь?

– Нет, конечно. Это ж страшная тайна.

– А давно он стал посещать психоаналитика?

– За пару недель до того, как разбился. Думаете, его укокошили?

– Не знаю. Все, что знала, я тебе уже рассказала. – На самом деле рассказала я немного, по большей части выдумывала, причем страшную чепуху, но Анька девка неприхотливая и осталась довольна. – Такое впечатление, будто кто-то решил разыграть мой роман в лицах. Само собой, нас это слегка тревожит, вот и пытаемся понять, что к чему. Расскажи мне об этой Стелле.

– Да нечего о ней рассказывать. Форменная стерва, кого хочешь в гроб вгонит. Влетит точно фурия, ни минуты не подождет, а на нас смотрит, как будто мы блохи. Так бы ей волосья-то и выдрала. Но клиентов за волосья нельзя, – очень огорчилась Анька и тяжко вздохнула.

По профессии подружка была медсестрой, несколько лет назад она познакомилась на крымском курорте с отдыхающим там Колобком, которого по-настоящему звали Артем Николаевич Новодворцев. В то время Артем Николаевич в очередной раз развелся, страдал, присматривался к женщинам и в конце концов высмотрел нашу Аньку. Она была не замужем, на море выехала впервые, и сладкие речи Колобка в сочетании с морским прибоем сделали свое черное дело: Анюта влюбилась, да так, что и Джульетту могла заткнуть за пояс. С юга они вернулись вместе с Колобком и сразу же попытались наладить совместную жизнь. Аньки хватило почти на год. Все это время она кормила мало работающего, но много пьющего сожителя, взывала к его совести и умоляла не губить ее жизнь. Колобок к словам не прислушивался, пил много и подолгу, в результате чего был уволен из больницы, где проработал к тому моменту двадцать лет и ранее числился на хорошем счету.