Капкан на спонсора

– Узнаешь, – хмыкнула я и испугалась, потому что прозвучало это зловеще.

– В квартиру мне входить необязательно, – дипломатично сказал Роман Андреевич. – Подъедем, квартала за три до его дома вы выйдете и отправитесь к нему пешком. А там посмотрим.

Мысль показалась очень здравой, от Толика я пакостей не ждала, но кто знает… В общем, мы поехали. Роман Андреевич приткнул машину в соседнем дворе и остался в ней, мы с Женькой потопали ножками, строя различные предположения. Что-то Толик узнал интересное, не стал бы он просто так звонить, и голос у него взволнованный… А может, он это интересное знал с самого начала, а сейчас решил облегчить душу.

Я позвонила, дверь открылась, и мы увидели Толика. Выглядел он хуже не бывает. Не удивлюсь, если парень пил сутки кряду, то есть с нашей последней встречи, да и сейчас вроде бы был навеселе. Одет все в тот же халат и так же босиком, волосы взъерошены, под глазами черные круги.

– Проходите, – сказал со вздохом и отступил в сторону, пропуская нас в квартиру. Я вошла первой, открыла рот с намерением спросить еще раз, теперь уже не по телефону, что случилось, и тут что-то обрушилось на мой затылок с такой силой, что посыпались искры из глаз, а потом стало темно. Перед тем как рухнуть на пол и лишиться сознания, я успела подумать: «Какая же я дура». Очень мудрая мысль.

Какой-то странный звук давил на уши. Звук усилился, причиняя настоящую боль, потому что голова моя была не головой, а колоколом, и кто-то настойчиво бил в него: «Раз, два, раз, два, три». Вот черт. И все-таки, морщась от боли, я пошевелилась и даже смогла дышать, а вскоре в голове прояснилось настолько, что я сообразила: рядом кто-то говорит, и я даже понимаю слова. А говорил Толик.

– Ты не сделаешь этого… – монотонно повторял он. – Я тебя прошу. Послушай меня, ты уедешь, сегодня же. Все будет хорошо. Я помогу тебе. Я сделаю все, что ты захочешь. Только, ради бога, держи себя в руках.

Я приоткрыла один глаз и увидела Женьку. Та сидела на полу напротив меня, привалившись к стене и вытянув ноги, глаза ее были вытаращены, а рот приоткрыт, отчего Женька малость походила на чокнутую, но в остальном выглядела вполне сносно, то есть точно была живой. Я так этому обрадовалась, что не уловила, о чем Толик говорил дальше, а напрасно: речь как раз шла обо мне.

– Если бы не эта стерва!.. – визгливо крикнул кто-то. Голос, как ни странно, женский, но видеть обладательницу этого голоса я не могла, она находилась справа от меня, а вертеть головой мне еще было не по силам. – Она очнулась, – зло сказала женщина, видимо, имея в виду меня.