Лисий капкан

Смирнов отошел в сторону, открыв обзор, и я едва не выронила из рук клатч: напротив Сокола стояла невысокая брюнетка на высоченных каблуках, которые надела, скорее всего, чтобы компенсировать… Так, ладно, я добрая девочка, не буду же придираться к врожденным недостаткам. А конкретно к коротюсеньким ногам, облаченным в черные чулки-сеточки. Ее ярко-красное платье обтягивало тонкую талию и крепкую задницу. Руки легли ему на плечи. Его руки остались в карманах джинсов. Не нужно было слышать их разговор – я могла прочитать по его глазам: «Отвали, малышка. Тебе ничего не светит».

Девушка развернулась и ослепительно улыбнулась ярко-красными губами, помахав мне ручкой. Боже мой! МЕРКУЛОВА, ты ли это? Ни за что бы не поверила, что та смелая девица, которая только что стояла ко мне спиной и хотела вскружить голову Соколу, – это моя одногруппница Юлька Меркулова. Которую мы с Ритусиком еще в начале года прозвали Эмкой за ее балахонистые наряды, тоннели в ушах и темно-синие волосы. Ай да фея-крестная, ай да постаралась на славу! Преображение на десять баллов! Неужто весь этот маскарад из-за Сокола? Она что, влюбилась?.."

"Кто-то резко убавил музыку. Цыпа начал стучать вилкой по стакану.

– Ребята, у нас созрело предложение: в доме много пьяного и веселого народу, а это значит, что мы просто обязаны поиграть в бутылочку-у-у!

– Никак тебе моих поцелуев мало? – возмутилась Алёнка. Все засмеялись.

– А я буду ведущим! Ты, кстати, тоже не играешь, – сказал он подруге. – И Маргоша с Владом, потому что они пара. А все остальные у нас свободные! Вот заодно и познакомятся поближе, – засмеялся Цыпа, потирая ладони.

А затем покидал на пол подушки с кожаного светлого дивана и начал рассаживать всех в круг на эти подушки. Я даже возразить не успела, как меня и Смирнова усадили на пол. Напротив сел Сокол. Наши взгляды постоянно пересекались.

– Итак, кажется, школоты среди нас нет… – Цыпа оглядел собравшихся. – Отлично! Значит, играем по-взрослому!

– Это как? – спросила Наташка.

– С языком! – крикнул кто-то из парней.

И Цыпа раскрутил бутылку из-под вина на коричневом паркете. Мне показалось, что Сокол занервничал. Его карие глаза внимательно смотрели на бутылку, на меня, на бутылку, на меня. А когда она крутилась совсем медленно, он смотрел на нее очень сосредоточенно, нахмурив черные брови. Горлышко указало на красавчика Жеку.

– О-о-о, крутяк, крутяк! – захлопал в ладоши Цыпа. – Та-а-ак, посмотрим, с кем же повезет нашему Жеке? – И он раскрутил бутылку еще раз.

Сокол взглянул на меня исподлобья и снова сосредоточенно уставился на бутылку.

Когда бутылка замедлилась, он начал покусывать губу. Казалось, именно мне придется целоваться с Жекой, но нет, какие-то неведомые силы со скрипом переместили горлышко на Наташку.