Капкан для двоих

Не успеваю выбрать продукты, в дверь звонят. К нам редко кто заглядывает, поэтому смотрю в глазок, прежде чем открыть. У дверей стоит молодая женщина с ребенком. Мальчик лет пяти.

– Вы к кому? – интересуюсь, открыв дверь.

– Амир здесь живет? – рассматривая меня недовольно.

«Родственница мужа, что ли?» – появляется мысль, когда слышу акцент.

– Да, – неуверенно отвечаю, а у самой желание захлопнуть перед лицом дверь, мне не нравится ее взгляд. Но вдруг и правда родственница?

– А вы кто? – грубый тон задевает. Я начинаю подозревать, что Амир своим о нашей свадьбе не сообщил. Задевает, царапает внутри до кровавых полос.

Говорить, что жена, не стала. Пусть сам и объясняется со своей родней, если брак скрыл.

– А вы? – вопросом на вопрос. И тишина, ни одна из нас не отвечает. Я до сих пор не пригласила ее в квартиру и никакого раскаяния не испытываю.

– Что здесь происходит? – голос Амира врывается в напряженную тишину. Он только из душа. Вышел в одних штанах, торс обнаженный.

– Я жена, – облизывая взглядом моего мужа, заявляет незнакомка, а мальчишка при виде Амира улыбается и кидается мимо меня в объятия мужа.

«Жена? А я тогда кто?»

Глава 63

* * *Карина

Прирастаю к полу. Перевожу взгляд с Амира на молодую женщину и обратно. Никто не спешит объясняться, а я просто не знаю, как реагировать. Меня словно радиационной волной ударило, и я рассыпаюсь на атомы. Единственный человек, который должен быть рядом и пытаться меня спасти, прижимает к груди мальчишку, как две капли похожего на него. Мой мир рушится и оседает пеплом у ног.

Девушка бесцеремонно отодвигает меня в сторону и проходит в квартиру. Только сейчас замечаю, что у ее ног стояла сумка, которой она задевает мне колено, когда протискивается в дверь. Я фоном отмечаю физическую боль, не до нее потому что. Где действительно больно, так это внутри, там все горит огнем.

– Папа, мы летели на самолете… – восторженно произносит ребенок, он продолжает что-то рассказывать, а я только отмечаю «папа». Неужели может быть еще больнее, чем секунду назад? Оказывается, может.

– Почему не сказала, что прилетаете? – меня совсем не успокаивает жесткий и холодный тон голоса Амира.

Конечно, он не рад, что все раскрылось, поэтому и прожигает еще одну жену злым взглядом. К горлу подкатывает ком, тихо накрывает истерика. Я наблюдаю, как они молча переглядываются, потом звучит знакомый мне с детства диалект, но я не понимаю ни слова, и Амир это знает.

Первая жена повышает голос, но тут же притихает и опускает глаза в пол.

– Мы очень устали, пока добирались, – переходит на русский. – Халит очень голодный.

Я, наверное, очень плохой человек, но внутри меня нет жалости. Мне хочется накричать на нее, выставить за дверь и прокричать, чтобы она исчезла.