Капкан для бешеного

— А-аа! — я выгибаюсь в спине, так как мужские пальцы держат за волосы. Слегка тянут на себя, но это так остро отдается внизу живота. Добавляет пикантности, дикого возбуждения до дрожи в ногах.

— Я так хотел тебя, моя золотая девочка! — слова Феликса пролетают мимо.

Как будто туман не только перед глазами, но и в голове. Эмоции бьют через край, а в ординаторской уже вовсю летают флюиды нашей с Феликсом страсти.

«Докатилась, Анжелика Сергеевна, на рабочем месте! С пациентом! А как же медицинская этика?» — просыпается где-то на орбите сознания противный внутренний голос, но я мысленно посылаю его к черту.

Какая, нафиг, этика, когда организм требует выплеска дофамина?

Толчок, еще один — и очередная молния разрывается, заставляя меня снова прогнуться в спине и громко застонать. Быстрее, мой хороший, я долго не выдержу. Вслух, конечно же, я этого не произношу, но мысленно повторяю:

“Не тормози, Феликс!”

Он резко останавливается, вызывая у меня протяженный стон разочарования. Офигел, что ли? Я хочу фейерверк внизу живота — свой законный оргазм.

— Твою мать, — оказывается, я произношу это вслух, так как Феликс, медленно входя в меня снова, негромко говорит:

— Повтори.

А поле резкое движение бедер — и снова мой хриплый крик. Опять выходит, но не до конца, и снова меня мучает, заставляя снова и снова выплескивать эмоции наружу.

Как будто кайф от этого ловит! Или просто решил отыграться. Но это так сладко, что я готова вновь и вновь кричать от удовольствия.

— Хочу! — сейчас я честна, потому что в голове сумбур. Что-либо придумывать в свое оправдание лень, да и стоит ли?

Это я завтра буду жалеть — и о том, что сделала, и о том, что говорила, а сегодня мне снова хочется оторваться и разорваться от сумасшедшего оргазма. Так, чтобы поджимать пальцы ног, царапать ногтями столешницу и кусать губы до крови. Чтобы перед глазами запрыгали звездочки, а тело наполнилось сладостной усталостью.

— У тебя очень аппетитная попка, — Феликс легонько шлепает, а после хватает одной рукой за бедро. Сжимает, вроде как фиксируя, и снова начинает наращивать темп.

Теперь уже без остановок, но меня надолго не хватает. Все тело покрывает мелкая дрожь, а внутри наконец-то взрывается тот комок, который давил с неимоверной силой на низ живота.

Феликс бросает мои волосы и уже двумя руками держит меня за бедра, продолжая двигаться. Еще немного, совсем чуть-чуть — и он замедляется. А после и останавливается, но я уже без сил лежу на столе, опустив голову на руки.

Мне не хочется шевелиться — что-либо объяснять тем более. Просто секс, который лишил последнего рассудка, а также…

Закончить мысль не успеваю, так как раздается стук в дверь.

Тут же находятся и силы. Глаза сейчас из орбит вылезут.

Вот это дожилась, мать твою.