Капитуляция

Она понимала, что, вероятно, ей стоит беспокоиться, — в конце концов, она не замужем, да и то, что она завела любовника сразу после смерти мужа, могло показаться кому-то вопиюще неприличным. Но Эвелин совершенно не волновала предосудительность её положения, если, конечно, она вообще была в положении.

И всё же Эвелин даже представить себе не могла, что сделал бы или о чём подумал бы Джек, если бы она действительно носила под сердцем его ребенка.

Как же она боялась теперь за Джека! Эвелин не сомневалась, что он на пути во Францию или уже находится там. Каждый день она проскальзывала в часовню на Фокс-Лейн, молясь, чтобы Джек уцелел в своих интригах и войне.

Он ведь наконец признался, что любит её… Это казалось настоящим чудом. Самый отъявленный контрабандист Корнуолла полюбил Эвелин, ответив на её чувства.

Эвелин не стоило долго размышлять, чтобы понять: Джек человек несемейный. Он обожал контрабандную торговлю, море и опасность. Великобритания находилась в состоянии войны, и, вопреки расхожему мнению, Джек не был предателем — он был патриотом, который отказывался бросать свою страну, свое дело и своих друзей в эти мрачнейшие, опаснейшие времена.

И, даже если бы война закончилась, Эвелин не могла представить Джека сидящим дома и проверяющим бухгалтерские книги имения и счета её оловянного рудника. Он обожал приключения и никогда не бросит фритредерство.

Но Джек наверняка мог жениться на ней, если бы она позволила это, если бы он узнал, что она ждет ребенка… Окружающий мир мог считать его бессовестным, но Эвелин прекрасно знала, что это не так. Он был порядочным и благородным человеком, и его чувство чести и справедливости побудило бы его жениться, пусть даже и не по доброй воле.

Но неужели этот ребенок не заслужил двух родителей, состоящих в законном браке, и статуса законнорожденного ребенка, который давал такой брак?

К тому же, если Эвелин действительно беременна, ей придется кормить уже не один, а два рта. И ей придется обеспечивать уже два будущих. Внезапно её захлестнуло волнение. Ей по-прежнему стоило обсудить деятельность рудника с Лукасом, и, возможно, сделать это требовалось незамедлительно. С другой стороны, Джек никогда не позволил бы своему ребенку в чём-либо нуждаться, независимо от того, поженились бы они или нет, — Эвелин была уверена в этом.

— О чем ты задумалась? — спросила Джулианна, с лучезарной улыбкой вплывая в холл.

— Эме только что уехала в Ламберт-Холл, — ответила Эвелин. — Я всё ещё поверить не могу, что Амелия поощряет шум и суету в доме, тогда как её ребенку всего четыре дня от роду!

— Моя сестра неутомима, и она обожает детей, как говорится, чем больше, тем лучше, — Джулианна подошла к ней и вздохнула. — Ты улыбаешься как-то иначе, Эвелин.