Вечный капитан

Из-за него мне и нравилось бывать в гостях к князя Черниговского. Платить за это приходилось выслушиванием жалоб на двух других Великих князей.

– Уже жалею, что поперся в этот поход! – признался в конце своей речи Мстислав Черниговский.

– Теперь уже поздно жалеть, – молвил я. – Теперь надо думать, как выбраться отсюда живыми и здоровыми.

– Я сказал им, что подожду еще неделю и, если не будет сражения, поведу свою дружину домой, – сообщил он."

"Три дня назад он говорил, что, если не будет сражения, поведет дружину домой через три дня.

– Сражение будет здесь, – сказал я.

– Откуда ты знаешь? – поинтересовался князь Черниговский.

Я не стал говорить, откуда знаю на самом деле, отделался неопределенным ответом:

– Предчувствие.

– Скорей бы, – произнес князь и, перекрестившись, добавил: – А там дай нам бог одолеть нехристей поганых.

– На бога надейся да сам не плошай, – сказал я. – Если половцы побегут, тоже отступай. Только не в ту сторону, куда они. Их будут бить в первую очередь.

– Думаешь, побегут? – спросил Мстислав Святославич, хотя по лицу его было видно, что и сам не сомневается в этом.

– Им не впервой бегать от татар, – ответил я.

– Собирался я утром переправиться на тот берег, а теперь, пожалуй, останусь на этом, – решил он.

Переправиться на левый берег он решил, пообщавшись с Мстиславом Галицким. Если завтра утром опять встретится с ним, то опять противоположный берег покажется лучшим.

Возвращаясь в свой лагерь, остановился у догорающего костра, возле которого сидел с двумя своими дружинниками Пров Нездинич. Оба сразу ушли, чтобы не мешать нашему разговору. Я сел на освободившееся седло, лежавшее у костра, в который накидали обглоданных коровьих костей. Скота нам монголы оставили много, чтобы наелись мяса досыта перед смертью. Сотник Нездинич предложил и мне мяса, но я отказался:

– У князя Мстислава отвечерял.

– Что скажешь, князь? Будет завтра сражение или нет? – спросил Пров.

– Завтра или послезавтра, но все равно будет, – ответил я. – Татары выманили нас, куда хотели, теперь дадут бой.

– Ну, мы им покажем! – бодро пообещал он.

– Может, покажем, а может, и нет, – сказал я и тише, чтобы кроме Нездинича никто не слышал, произнес: – Как все побегут, не геройствуй, отступай в мой лагерь. Только со своей сотней. Остальных, – кивнул я на ополченцев, – не бери, пусть драпают.

Вся орава в лагерь не влезет, а мне недисциплинированные и плохо вооруженные бойцы ни к чему.

– Ты думаешь… – начал было Пров, но не закончил, потому что я встал и пошел в свой лагерь.

29

Утро выдалось солнечным и безветренным. День обещал быть жарким. Мои дружинники пригнали в лагерь лошадей, коров и баранов, которых ночью пасли ниже по течению реки. Другие вытрусили сети. Рыбы попалось много.