Вечный капитан

Шесть десятков стрел полетели навстречу маврам. Сперва казалось, что они не нанесли вреда. Мавры продолжали скакать. Только передние лошади вдруг снизили скорость. Вот свалился один всадник, второй, третий… Дальше стрелы полетели вразнобой, но быстро и метко. Лава двигалась все медленнее. Передние кони без всадников скакали только потому, что на них давили задние. Давление стремительно ослабевало. До линии копейщиков оставалось метров пятьдесят, когда лава остановилась. Несколько коней вырвались вперед, а потом повернули вправо или влево, чтобы не налететь на людей и острые копья. Из лавы вылетело несколько стрел, коротких и легких. Они в кого-то попали, потому что один из копейщиков упал, а другой присел. Навстречу им продолжали лететь валлийские, длинные и тяжелые, пробивающие на таком расстоянии любую броню.

Задняя часть лавы вдруг развернулась и стремительно понеслась в обратном направлении. Мавры закинули на спину небольшие круглые щиты наподобие тех, что были у альмогаваров, чтобы прикрыться от стрел. Защита не помогала. Стрелы пробивали щит и влезали в него почти по оперение. Убраться на безопасное расстояние смогла примерно половина маврского отряда. Не останавливаясь, они устремились по дороге в глубь леса.

Несколько минут назад долина была покрыта высокой пожелтевшей травой и кустами с мелкими зелеными листьями. Теперь по ней были разбросаны человеческие тела, между которыми, испуганно всхрапывая от запаха крови, щипали траву оседланные кони. Несколько жеребцов были ранены, один бился на земле, пытаясь встать. Его предсмертное ржание было единственными звуками, которые нарушали тишину, упавшую на долину. После топота тысяч копыт и воплей и свиста мавров эта тишина казалась неестественной. Брабантцы и альмогавары тупо смотрели на лошадей и трупы мавров, не в силах поверить в победу.

– Блашку! – громко позвал я. – Отправь человек пять на разведку. Пусть посмотрят, далеко ли ускакали сарацины? А с остальными добей раненых и займись лошадьми. Перегоните их на ту сторону холма. Трупы разденем потом. Они не разбегутся.

Брабантцы заржали так, будто услышали что-то удивительно смешное. Это выходил страх, который накапливался при виде скачущей в атаку конной лавы. Альмогавары тоже улыбнулись. Насколько они раньше презирали нас за незнание местных правил ведения войны, настолько теперь зауважали. Наши правила оказались намного круче.

Оказалось, что отделались легким испугом. Всего двое погибших, копейщик и рыцарь. Обоим стрелы попали в лицо. Скорее всего, любопытство сгубило – выглядывали поверх щитов. Еще нескольким пехотинцам стрелы попали в правую ногу или руку, которыми удерживали копье.