Вечный капитан

Из-за деревьев по обе стороны вышли валлийцы с луками в руках и начали расстреливать лондонцев. С расстояния в двадцать-тридцать метров трудно промахнуться. Хорошо обученный, имеющий боевой опыт отряд сейчас бы разделился на две половины и напал на лучников. Спасение было там, в лесу, где между деревьями лучники сами превращались в легкую мишень. Лондонцы сперва ломанулись в ту сторону, откуда пришли, а затем, когда поняли, что стрела летит быстрее, попадали, прикрыв головы щитами. Удрать удалось только тем, кто гнал стадо. Животные прикрыли их от наших стрел.

– Прекратить обстрел! – приказал я. Подождав, когда перестанут стрелять по лежавшим на дороге врагам, дал команду последним: – Кто хочет жить, встать без оружия и с поднятыми руками!

Команду пришлось повторить еще раз. Вот встал один лондонец с поднятыми руками, второй, третий… В живых, считая легкораненых, осталось около сотни. Их, обыскав и забрав все ценное, построили на дороге в колонну по пять человек. Стоять им пришлось на коленях и с руками на затылке. Насмотрелся я киношек в свое время. Тяжелораненых добили, чтобы не мучились.

Пока мои солдаты собирали трофеи, я произнес перед поенными назидательную речь:"

"– Бог создал вас работающими. Вы не послушались его, пошли в воюющие. Решили, что грабить легче, чем трудиться в поте лица. Вы не учли, что солдатом надо родиться, и забыли, что на войне убивают и калечат. Бог наказал вас за это – прислал меня, Александра Византийца, вернуть заблудших овец на их пастбище. Работать вы уже разучились, так что станете молящимися. Вы достаточно нагрешили, есть, что замаливать, – и приказал десятерым валлийцам, стоявшим позади пленных: – Начинайте.

Валлийцы брали задний ряд, подводили пятерых лондонцев к поваленному дереву, где отрубывали им большие пальцы на обеих руках и отпускали на все четыре стороны. Наказанные отходили на несколько шагов, а потом останавливались, прижимая окровавленные руки к грязным рубахам. Поняв, что добивать их не будут, медленно уходили по дороге туда, откуда пришли. Без этих пальцев не повоюешь и не поработаешь. Останется только молиться. Если, конечно, какой-нибудь монастырь согласится их принять в монахи. Там ведь сачковать имеет право только руководители. Благодаря такому наказанию, мы не брали лишнего греха на душу, но сокращали армию противника. И еще я подумал, что если в Лондоне узнают о гибели отряда, то погорюют и забудут. А вот беспалые будут каждый день перед глазами. Они заставят многих хорошенько подумать, прежде чем вступить в такой вот отряд.

Всадники, которых мы пропустили, уже хозяйничали в деревне. Они настолько увлеклись грабежом, что слишком поздно заметили мой отряд. Несколько человек пытались прорваться, но были убиты стрелами.