Вечный капитан

Вряд ли у него было время на просчитывание ситуации, скорее, действовал инстинктивно, наклонив голову в шлеме вперед, спрятав открытое лицо. За туловище, защищенное крепким бронзовым греческим доспехом, не беспокоился. Не знаю, успел ли командир удивиться, когда почувствовал, как моя стрела прошивает его тело? Я уже стрелял в других иллирийцев, быстро выхватывая стрелы из колчана, положенного на склон у правой руки. Внезапное нападение вызвало сумятицу. Иллирийцы сперва сбились в кучу, благодаря чему расстреливать их с такого малого расстояния было под силу даже неопытному лучнику, потом, потеряв более половины отряда, начали разворачивать лошадей. Решение было запоздалым. Удрать успели шестеро, причем у каждого в щите и, наверное, в спине торчало по две-три стрелы.

— Спускаемся, добиваем раненых, собираем трофеи! — приказал я бессам.

Несколько иллирийцев были еще живы. Я смотрел на их круглые лица, светло-русые волосы и бороды и думал, что они больше похожи на славян, чем на албанцев, которые будут считать иллирийцев своими предками. Да и язык их отдельными словами и многочисленными суффиксами и префиксами похож на древнеславянский.

Раненым перерезали глотки, после чего трупы вытряхнули из доспехов, одежды и обуви, которые были расфасованы, упакованы и закреплены на спинах трофейных лошадей. Панцирь командира положили сверху, чтобы удобнее было продемонстрировать всем желающим дырку в нем от моей стрелы. Это будет история из разряда «если бы сам не увидел, не поверил бы…».

Пять человек поскакали к тому месту, где погибли наши товарищи, нашли их тела, погрузили на лошадей, чтобы по возвращению в лагерь сжечь на костре, а остатки костей сложить в глиняный кувшин и закопать. При том количестве убитых врагов и захваченных трофеев потери были незначительными.

13

Пелия — небольшое поселение в долине, окруженной горами. Здесь проходила дорога из Эпира к иллирийцам и протекала речушка с названием Черная, приток Вардара — главной македонской водяной артерии. Говорят, отважные парни сплавлялись по ней, протекающей по горным ущельям, в Македонию и дальше в Эгейское море. Поселение служило местом для стоянки торговых караванов, поэтому было защищено каменными стенами высотой метра четыре с четырьмя башнями на углах неправильной трапеции и двумя надвратными. До нападения здесь жило человек восемьсот и плюс сотня македонской пограничной стражи, которая заодно охраняла караванный путь. Дарданцев было по показаниям разных очевидцев от десяти до двадцати тысяч. При нынешнем умении считать их могло быть, сколько угодно, но явно много, и на помощь шли тавлантии примерно в таком же количестве. Пелию захватили за день. Ходили слухи, что не обошлось без предательства.