Вечный капитан

Сперва отправляли поодиночке, но два из трех проскочили мимо нас без остановки, и при попытке поймать их чуть не утонул воин. Небольшие плоты вытягивали на берег выше моста, после чего бревна обтесывали. Самые длинные тонкой верхушкой доставали до противоположной каменной опоры. По такому мостику могли переправиться люди, а вот для обоза надо было уложить бревна, как минимум, в два слоя, причем верхний слой тонкими концами в обратную сторону.

Наблюдая, как мои воины поймали очередной плот из трех бревен и развернули его поперек течения, подтаскивая к берегу, я вспомнил, как в будущем делали плавучие мосты.

— Не развязывайте плот. Подтяните его к берегу и закрепите, — приказал я воинам, которые занимались этим. — А следующие плоты подводите к берегу выше предыдущего и как можно ближе к нему.

Если связать два плота в длину, то хватит, чтобы соединить берега. При этом надо будет всего лишь оттолкнуть тот край, что выше по течению, и оно само развернет плот поперек реки, образовав мост. По такому мосту запросто переберутся небольшими группами воины, причем в том месте, где мне нужно."

"Сахаппцы отнеслись к нашим действиям без интереса. Они вообще относились к нам не очень серьезно. После того, как вся хеттская империя была объединена, военные действия в ней происходили только на территориях вассалов. Население городов-государств, привыкшее жить в безопасности, потеряло навыки обороны, сидения в осаде. Они узнали о нашем приближении недели за две, но единственное, что сделали — разобрали мост. На нашем пути было несколько узких мест в горах, на которых даже небольшой отряд мог надолго задержать и изрядно потрепать нас. Не сочли нужным тратить время и силы на каких-то презренных аххиява, пусть и захвативших несколько финикийских городов и Милаванду с Апашей.

Глава 70

Полог, закрывавший вход в шатер, откинут, и ветер, облизав остывшие горы, залетает внутрь. По ночам здесь холодно. Не так, конечно, как в России, температура плюсовая и, как мне кажется, не ниже пятнадцати градусов, но я уже привык к жаркому климату, поэтому зябну даже при такой. Раб Нецер, который сопровождает меня в походах, помогает надеть бригандину. Масляный светильник отбрасывает красноватые блики на его круглое, отожранное личико, поросшее черной курчавой бородой, постриженной коротко, по финикийской моде. Раб-модник — у меня всё, как у взаправдашнего правителя. Движения Нецера плавны и точны. Странным образом раб угадывает мои замечания и успевает исправить до того, как я открываю рот. Зная это, я все равно каждый раз, когда доспехи где-то давят или трут, собираюсь высказать упрек, не дожидаясь, пока Нецер догадается и поправит.