Вечный капитан

Только я отклоняюсь от щели между щитами, чтобы зарядить арбалет, как через нее пролетает болт. Повезло! Перезарядив, осторожно выглядываю через щель между щитами, отыскивая вражеского арбалетчика. На палубе нефа никого не видно. Мы обгоняем его, и я приказываю матросам опустить грот, а рулевому взять левее, чтобы поджаться к нефу. Все-таки мы проскакиваем его, убираем и фок и ждем, когда вражеское судно догонит нас. Это не военный корабль, а агрессивный купец, решивший воспользоваться случаем. И попался: его палуба устелена трупами.

Неф, потеряв скорость, ложится бортом к ветру. Он кренится на волнах, показывая, распростертые на палубе тела. Мы поворачиваем к нему, поднимаем фок и курсом крутой бейдевинд режем ему нос, проходя метрах в двадцати. Нам становятся видны спрятавшиеся за дальний фальшборт люди. Летит несколько стрел – и на палубе теперь одни трупы. Делаем поворот оверштаг и приближаемся к нефу, спуская паруса. Медленно, по инерции, начинаем продвигаться вдоль его борта. Летят «кошки», матросы хватаются за привязанные к ним лини и подтягивают нас к нефу или его к нам. Кое-кто из них видел такие суда в Честере, но для большинства неф в диковинку, особенно мачты с длинными реями, наклоненные к дальнему от нас борту.

– Не расслабляться! – приказываю я.

Четверо человек устанавливают сходню. Неф сидит чуть ниже. Я, вынув из ножен палаш, перехожу по сходне на борт нефа. Следом идут Умфра и Джон с копьями наготове. Остальные стоят с луками, готовые поразить любого, кто пошевелится. Сейчас самый ответственный момент. Если есть кому защищаться, то должны броситься в атаку.

На палубе нефа лежит десятка два тел. Еще по несколько на фор– и ахтеркастелях. И когда мы успели столько намолотить?! Возле каждого трупа растекается кровь. У одного большеголового брюнета с головы слетел шлем, который перекатывается к фальшборту, а когда судно кренится на другой борт, возвращается к бывшему хозяину. Но тому больше ничего не надо. Он уже получил сполна: из спины защищенной кольчугой, торчит острие стрелы с окровавленным наконечником и древком.

Полуют у нефа двухдечный. Дверь с палубы вела в двухсекционную каюту, разделенную тонкой перегородкой на большую часть левого борта и меньшую правого. В левой на широкой кровати, застеленной простыней, что в этих краях было редкостью, и с двумя подушками с льняных наволочках, лежал наискось иудей с длинными кучерявыми или завитыми волосами, толстым носом и вывороченными губами. Конический шлем с красной метелочкой, приделанной к острию, лежал рядом. На иудее был чешуйчатый доспех поверх кольчуги с короткими рукавами. Поэтому до сих пор живой. Стрела попала в грудь чуть выше сердца.