Вечный капитан

Его действия контролировал местный сенат — совет старейшин, который состоял из самых богатых и пожилых горожан и принимал законы, и парламент — вече свободных граждан, имевших в собственности дом. То есть, от каждого домовладения право голоса имел только один человек. Иностранец получал права гражданина, купив в Уре дом и прожив в нем шесть лет. Когда у энси возникали непонятки с советом старейшин, он мог обратиться напрямую к вече, решение которого было окончательным и обязательным для всех. Энси не имел права отнять у кого бы то ни было собственность или лишить человека (раб таковым не считался) жизни без решения суда. У них тут все вопросы решались через суд и протоколировались на глиняных табличках. То есть, в сутяжничестве шумеры не уступали будущим янки. Самое забавное, что в суд могли обращаться и рабы, но только по имущественным вопросам, потому что некоторые шумерские рабы имеют собственность. Только во время нападения врага энси получал почти неограниченные полномочия, но при этом должен был согласовывать свои действия с лугалем («большим человеком» — командующим вооруженными силами царства и, в частности, города Ура), если таковым не являлся сам, что было распространенным явлением. Правящий сейчас Месаннепадда (Герой, Выбранный Аном (богом Неба)) совмещал обе эти должности. Поскольку верховным жрецом была его жена, все три топовые позиции царства были в руках одной семьи.

В общем, все, как у шумерских богов. У тех тоже наверху триумвират — три верховных бога и четверо чуть менее важных, все близкие родственники. Дальше идут полсотни богов среднего уровня, дети и более дальние родственники первых, и сотни божков низшего, в ряды которых могли затесаться кто угодно. У каждого бога была своя специализация. Первые обычно отвечали за судьбы царств, вторые — за города и поселения, третьи — за какую-то реку, гору, рощу, или род занятий, или какие-либо явления природы: Нидаба являлась богиней письма и счета, Нинкаси — пивоварения, Нинурт — покровителем крестьян, Лахар присматривала за скотом, ее сестра Ашнан — за злаками, а их враг Нинкилим заведовала полевыми мышами и вредителями… Каждый человек выбирал, а точнее, получал по наследству личного бога, согласно своему статусу: бедняки — из низшего уровня, богатые и знатные — из среднего, энси и лугали — из высшего. При этом боги вели себя не лучше людей. Мой вопрос, как объяснить такое поведение богов, вогнал Убартута в ступор.

— Они же боги! — после продолжительной паузы ответил уммия. — Что хотят, то и делают!

Что ж, подобная теория хотя бы не вызывала когнитивный диссонанс, когда вроде бы милостивый и любящий бог позволял твориться всяким ужасам и безобразиям.