Вечный капитан

Англичане сейчас гордо заявляют, что над их империей никогда не заходит солнце, не догадываясь, что до конца их империи осталось немногим более полусотни лет. Мокрый пароход «Катрин» в балласте быстро рассекал низкие серые волны, прибитые дождем.

Я стоял у лобового иллюминатора ходового мостика, слушал приглушенное грохотание двигателей и пытался вспомнить что-то из будущего. Это что-то, непонятно какое, приятное или не очень, цеплялось за край моего сознания, начинало проясняться и тут же пряталось, как бывает во сне. Я напрягал мозг, пытаясь удержать и разглядеть, удовлетворить любопытство, и одновременно думал, что, наверное, лучше не знать, чтобы не печалиться потом. Так и случилось, потому что внимание отвлекла вспышка впереди слева, у острова Бардси, которую я сперва принял за огонь маяка, зажженного днем из-за плохой видимости и быстро выключенного. Наверное, пьяный смотритель с бодуна перепутал в такую мерзкую погоду пасмурный день с вечерними сумерками, а потом понял свою ошибку. Остров небольшой и высокий. Маяк в южной его части — прямоугольное каменное строение, довольно высокое. В те времена, когда я был английским бароном, на острове располагалось аббатство Святой Марии. Сейчас от аббатства остались руины. Говорят, что на острове похоронено двадцать тысяч святых. Наверное, могилы рыли очень глубокими и укладывали святых штабелями. В будущем будут рассказывать, что на острове находится могила короля Артура. Чем-то же надо заманивать туристов. Как ни странно, подозрительные по жизни англичане, как только отправляются в путешествие, сразу становятся удивительными простофилями, верят во всякую херню, о которой в детстве читали в книжках или смотрели в фильмах. Хоть без мамы из дома их не выпускай!

Снаряд упал с недолетом метров сто и поднял высокий фонтан серых брызг. Я не сразу врубился, что это именно взрыв снаряда. Потом увидел два серых пароходных силуэта возле острова, которые раньше принимал за часть его.

— Право руля! — крикнул я рулевому, а потом скомандовал вахтенному второму помощнику: — Боевая тревога!

На моем пароходе стоит звуковая сигнализация — мощный звонок, который слышен даже на баке. Внедрена в массы и система сигналов для разных видов тревог. Экипаж натренирован, дело знает. Вот комендоры выскакивают из надстройки, бегут по главной палубе к пушкам. Матросы на верхней, навигационной палубе надстройки расчехляют трофейный пулемет системы Гатлинга. Остальные со снайперскими или обычными винтовками располагаются по местам, согласно расписанию по боевой тревоге.

Мы поменяли курс на тридцать градусов вправо и пошли полным ходом на юго-запад. Два вражеских винтовых парохода, вооруженных для рейдерства, попробовали было идти наперерез, но оказались у нас сзади.