Вечный капитан

Я засек пеленга, прикинул расстояние до каждого, нанес на карту. Получилась кривая линия, выгнутая в сторону океана.

— Возвращаемся, парни! — приказал я.

Они гребут, сидя ко мне лицом, и смотрят, как я колдую над картой. От того, как правильно наколдую, зависит их ближайшее будущее. С экипажами «блокадопрорывателей» обращаются, конечно, лучше, чем с вражескими солдатами, но рядовые обязательно получат по морде, причем не только кулаками, но и прикладами, и оберут их до нитки. С офицерами рукоприкладства не будет, но многих ценных вещей тоже не досчитаются. Плюс все останутся без доходного промысла.

Около полуночи я приказываю выбирать якорь. Ветер стих. Звуки звучат резче и громче. Мне кажется, что пыхтение парового брашпиля и лязганье железной якорь-цепи слышны не только в форте Фишер, но и всем кораблям блокирующей эскадры.

— Якорь чист! — докладывает боцман.

— Обе машины самый малый вперед! — отдаю я приказ старпому Уильяму Муру, а потом кричу боцману: — Когда закрепишь якорь, обойди помещения и убедись, что всё затемнено!

— Слушаюсь, сэр! — доносится с бака.

Оба винта начинают вращение. В ходовой рубке из-за приглушенного гула паровых двигателей я не слышу работу винтов, но наверняка они издают звуки. Интересно было бы знать, на каком расстоянии тихой ночью слышен отчетливо звук винтов? Сейчас выясним это экспериментальным путем."

"Луна зашла. Стало темно, как подмышкой у негра. В ходовой рубке только один источник света — маленькая керосиновая лампа с плотным абажуром. Она тонким рассеянным лучиком подсвечивающая магнитный компас. Я стою у лобового иллюминатора и пялюсь на огни в фортах Касуэлл и Фишер, которые теперь видны четче. Ориентируясь по ним, веду пароход на прорыв блокады. Усилившееся покачивание парохода сообщает, что первой цели — выйти в океан — достигли. Я приказываю рулевому взять немного левее, чтобы не поджиматься к прибережным мелям. На мостике становится так тихо, что слышно, как поскрипывает штурвал. Мне так не хватает радиолокатора, что время от времени смотрю в левый передний угол ходовой рубки, где обычно ставили его. Сколько я бы сейчас отдал за то, чтобы там было зеленоватое свечение экрана с бегающим светлым радиусом, который, проходя, наливает яркостью картинку, а потом она медленно затухает и опять вспыхивает, немного изменившись. Электродвигатели уже есть, правда, их пока используют для развлечения публики на ярмарках.

Я выхожу на крыло мостика. С трудом различаю на главной палубе готовые к стрельбе пушки, возле которых группками стоят комендоры и тихо переговариваются. Я улавливаю обрывки фраз, из которых делаю вывод, что комендорам очень хочется стрельнуть в кого-нибудь.