Вечный капитан

 — После чего адмирал подходит ко мне почти вплотную и, заглядывая снизу мне в глаза своими блекло-голубыми и растянув узкие, побелевшие губы в крокодильей ухмылке, вкрадчивым голосом спрашивает: — А ты бы повесил его, если бы был судьей?

— За бегство с поля боя — без раздумий, — ответил я. — И остальных капитанов тоже.

Джон Джервис удовлетворенно хмыкает, после чего начинает расхаживать по каюте медленнее. Ссутуленная спина и длинный нос делает его похожим на цаплю, которая никак не выберет, где остановиться на болоте, ведь рядом ни одной кочки.

— Что ж, придется снимать осаду Тулона, — произносит он, ни к кому не обращаясь. — Тем более, что из Лондона приказывают забрать наши гарнизоны с островов и перевезти в Гибралтар, чтобы усилить его на случай осады. — После чего опять останавливается передо мной и тихо приказывает: — Отправляйся на свой корабль, снимайся с якоря. Пойдем на Корсику, в Сен-Флоран.

59

Средиземноморский флот стоит в бухте Сан-Фиоренцо, как местные называю город Сен-Флоран, расположенный на ее берегу. Идет погрузка на корабли английского гарнизона и его имущества. На Корсике сейчас бархатный сезон. Уже не жарко, но еще и не холодно. Много свежих фруктов, овощей и молодого вина. Самое приятное время года в этих краях. Может быть, когда-нибудь в будущем приеду сюда отдыхать. Буду сидеть на открытых террасах ресторанов, потягивать красное винцо и рассказывать аборигенам, как воевал здесь в восемнадцатом веке, а они будут считать меня сумасшедшим.

Пока что я сижу с женой Фион за обеденным столом в каюте у родственника Дэвиджа Гулда, капитана «Бедфорда». Отказаться нельзя было, а принимать приглашение не хотелось. Я помнил, что не рекомендуется показывать женщине уровень жизни, какой не сможешь обеспечить. В сравнение с моей каютой, капитанская на «Бедфорде» казалась хоромами. Утешало только то, что со временем и я буду жить в такой же, если не решу оставить службу в военном флоте. День был постный, поэтому подавали нам рыбу, разную и приготовленную по-разному, но с одинаковым вкусом. Повар у Дэвиджа Гулда был дилетантом в сравнение с моим итальянцем, что немного компенсировало превосходство капитанской каюты. На десерт подали гороховый пудинг и взбитые сливки на основе белого вина. Фион уплетает десерт неприлично быстро. Ей простительно, потому что приходится есть за двоих.

Ковыряясь чайной ложечкой в сливках, Дэвидж Гулд пожаловался:

— Ребекка расстроилась, узнав, что ты женился! Теперь ей не с кем учить французский язык!

Во время мира семейство Гулдов гостило несколько раз летом у более богатых родственников Тетерингтонов. По словам Фион, с Ребеккой они дружили и даже переписывались. Как по мне, выражение «женская дружба» — это оксюморон.