Вечный капитан

Если рванут пороховые погреба, мало не покажется всем судам на рейде. Горящие обломки разлетаются при взрыве на сотни метров. Судя по тому, что на фоветте заскрипел шпиль, мои абордажники захватили ее.

Вскоре люггер и фоветта под парусами при попутном бризе уходят на юго-запад. На фрегате все еще кричат и суетятся, но открытого огня я так и не увидел. Наверное, все-таки справились с поджогом. Беда делает людей на удивление дисциплинированными и работящими. Впрочем, на других служебных качествах отражается не всегда. Уход с рейда двух кораблей на фрегате или не заметили, или не придали этому значения. Может быть, решили, что мы перестраховываемся на случай взрыва.

К рассвету мы были уже далеко от генуэзского рейда. С восходом солнца задул южный ветер силой баллов пять, поэтому пришлось нам подвернуть вправо, пойти ближе к французскому берегу, а я собирался поджаться к Корсике, где попал бы под защиту своих кораблей. Уверен, что адмирал Хотэм выделил бы пару фрегатов, чтобы проводили нас до Балеарских островов и даже дальше."

"К обеду ветер начал заходить против часовой стрелки и к вечеру задул от северо-запада и усилился до штормового. Мы заменили паруса на штормовые. Теперь нас несло к Корсике, но я уже был не рад этому. Не проси у судьбы, ибо допросишься. Штормило три дня. К счастью мы прошли западнее острова.

На меридиане Майорки попали во второй шторм, пришедший с Атлантического океана. Волны поднимал невысокие, метра три всего, но этого хватало, чтобы заливать главную палубу и сыпать брызги на шканцы. Вода просачивалась и в мою каюту, несмотря на то, что слуга везде понатыкал скрученные жгутом тряпки. Этот потрепал нас неделю и отнес к Сардинии, я уже видел верхушки ее гор. После чего ветер начал заходить по часовой стрелке и слабеть. На восьмой день был штиль. Затем, меняя направление по несколько раз в сутки, то усиливался баллов до четырех, до слабел до одного-двух. В итоге переход до Гибралтара, который в предыдущие разы занимал у нас от силы девять дней, на этот растянулся до тридцати четырех. Прибыли мы двадцать седьмого октября, за три дня до отхода каравана, привезшего снабжение в Гибралтар. С этим караваном уплывал в качестве пассажира вице-адмирал Уильям Хотэм. Временный командующий Средиземноморским флотом передал его под временное командование вице-адмиралу Хайду Паркеру. Официально было объявлено, что из-за болезни, но злые языки утверждали, что покровители Уильяма Хотэма дали ему шанс проявить себя, закрепиться на должности и стать полным адмиралом, но он не оправдал доверие. Захваченный нами приз стал прощальным подарком, правда, не шибко ценным. Фоветта оказалась нагружена очень нужными, но дешевыми товарами — ядрами для пушек и свинцом для отливки картечи и мушкетных пуль.