Вечный капитан

Она из категории тех женщин, которых осчастливленные ими мужчины называют симпатичными, а все остальные — «так себе». Как и положено брюнетке, она, напялив розовое платье, по очереди подходила к двум девицам-блондинкам, которым этот цвет противопоказан, подолгу разговаривала с ними, чтобы мужчины разглядели, на кого в этом помещении надо обращать внимание. Впрочем, старания ее были напрасны, потому что в Гибралтаре слишком много офицеров и слишком мало особ женского пола, особенно девиц. Вот и сегодня на трех дам, включая хозяйку, приходилось шесть офицеров. Представляю, что здесь творилось, когда стоял весь флот. Мельтешил по гостиной и мистер Деладжой, но его никто, включая жену, в расчет не принимал. На слуг и то обращали больше внимания. В обязанности гостей входило, во-первых, восхищаться хозяйкой, во-вторых, восхищаться хозяйкой, и только в третьих, вести разговоры на всякие нудные темы, задаваемые миссис Деладжой. Большей часть тем была сама хозяйка, и немного говорили об успехах доблестной британской армии, которая, за редким исключением, проигрывала на материке одно сражение за другим, и военном флоте, выглядевшего немного лучше за счет мятежей и дезертирства на французском.

Поняв это, я заскучал и, чтобы убить время до того момента, когда можно будет уйти по-английски, полностью переключился на пожирание всяких сладостей, которые в невероятном разнообразии и количестве предлагали в этом доме, запивая их тем самым красным вином, которое захватил вместе с предыдущим призом и которое было куплено на нужды английского флота. Все-таки я часть Королевского флота, поэтому восстанавливал справедливость.

Видимо, хозяйке показалось, что уделяю ей мало внимания, или испугалась, что нанесу семейному бюджету непоправимый ущерб, поэтому потребовала:

— Мистер Хоуп, расскажите нам, как вы захватили приз.

Чтобы меня больше не приглашали сюда, я рассказал с физиологическими подробностями, как мои корсиканцы перерезали глотки спящим мирным французским матросам с торгового судна, которые не причинили ни нам, ни Англии никакого вреда и у которых наверняка остались семьи, маленькие дети, обреченные отныне на нищету. Зато мы — я, мой экипаж, адмирал и королевство Британия — стали немного богаче. Судя по наступившей паузе, это было именно то, что мечтали услышать присутствующие.

— Эту войну начали французы, — нарушил затянувшуюся тишину один из офицеров, артиллерийский лейтенант.

— Я тоже подумал, что развязали ее эти матросы или, что скорее, их дети, — согласился с ним.

— Если вам так жалко французских детей, почему участвуете в этой войне? — задала резонный вопрос миссис Деладжой.

— А где еще можно так быстро и легко разбогатеть?! — ответил я вопросом.