Вечный капитан

Если бы он продолжил скулить, я бы разжал руку. Пусть бежит. Все равно скоро ему отрубят эту руку за неумение воровать. Но он замолчал. Только шмыгать носом продолжал.

— Есть хочешь? — спросил его.

Вопрос, конечно, на засыпку. Ответ был короткий:

— Да.

— Садись рядом, — предложил я, отпустив руку.

Воришка секунду раздумывал, не сбежать ли, пока есть возможность? Голод победил осторожность. Мальчишка сел от меня справа, подальше от невезучей торбы. Я дал ему краюху хлеба и большой кусок кровянки. И то, и другое было умолочено за пару минут.

— Когда последний раз ел? — спросил я, чтобы решить, дать еще или нет.

После продолжительного голода может стать плохо от большого количества тяжелой еды.

— Вчера вечером, — ответил он. — Попадья дала молока и хлеба. Она каждый вечер кормит всех, кто приходит к церкви.

Тогда ему можно есть много. Я отломил еще одну краюху хлеба и кусок колбасы от второго круга, дал пацану.

— Родители где? — поинтересовался я.

— Перемерли все во время мора, когда маленький был. С бабкой мы вдвоем жили. В конце зимы и она померла, — рассказал он.

— Как тебя зовут? — спросил я.

— Тегак, — ответил мальчишка.

Имя половецкое. Наверное, из тех половцев, которым удалось закрепиться в Болгарии до нашествия монголов или после смерти Ивана Асеня. Может быть, потомок бойца из отряда Сутовкана.

— Не хочешь поступить ко мне на службу? — предложил я. — Мне оруженосец нужен. Будешь сыт и одет.

Привык я к слугам. Благодаря им, жизнь становится менее суетной и мелочной.

— А ты кто? — спросил Тегак."

"— Рыцарь, — ответил я, добавив про себя: «Рыцарь морского образа».

— Рыцари на конях ездят, а ты пешком пришел, — возразил мальчишка.

— Убили моего коня, — придумал я. — Завтра нового куплю.

— У меня отец тоже рыцарем был. Он на коне ездил, — сообщил Тегак.

На коне-то он ездил, только рыцарем вряд ли был. Скорее всего, служил наемником в легкой коннице. Но мальчишку расстраивать не стал. Каждый имеет право на сказочное прошлое.

— А ты научишь меня на мечах биться? — выдвинул Тегак последнее условие.

— И не только на мечах, — заверил я.

Я купил ему новую льняную рубаху, такие же, как себе, лосины со штрипками, кожаную безрукавку, соломенную шляпу и сандалии. На счет обуви у меня были большие сомнения. Подошвы у парня так огрубели, что почти не уступали конским копытам. Сандалии будут ему долго казаться обузой. Все это было уложено в торбу. Сначала надо привести тело в такое же чистое состояние, как одежда.

— Есть в городе термы? — спросил я.

— Ага, — глядя на меня посоловевшими от еды глазами, ответил Тегак. — Вон там, — показал он рукой в южную часть города.

— Показывай дорогу, — сказал я.

Мальчишка закинул торбу на плечо и пошел впереди меня по вымощенной улице.