Вечный капитан

Кое-чему дикие монголу уже научили цивилизованных рыцарей.

После сильных морозов резко потеплело. Дороги превратились в кашу из снега и грязи. Наш обоз в день проходил от силы километров десять-пятнадцать. Он значительно вырос, благодаря награбленному. Сотни телег, кибиток, арб и вьючных лошадей растягивались на много километров. Конница вынуждена была не сильно отрываться от обоза, чтобы ни у кого не возникло желание воспользоваться плодами трудов наших праведных.

На полпути до Кракова разведка обнаружила войско численностью около полутумена. Кочевники считать не умели, поэтому прикидывали на глазок: тысяча, четверть тумена, полвина, две трети. Захваченный язык, молодой копейщик, белобрысый и конопатый и так сильно перепуганный, что даже веснушки побледнели, рассказал, что войском командуют сандомежский воевода Пакослав и кастелян Якуб Ратиборович. Интересно, где оба отсиживались, когда мы осаждали Сандомеж?! По моим прикидкам войско было ближе к Байдару, поэтому я послал гонца к нему с предложением уступить их мне. Чингизид согласился и сообщил, что сам нападет на второе войско, которое ведет князь Болеслав. Как рассказал польский копейщик, объединиться эти армии не могли, потому что гонор не позволял. Пленный, кстати, немного пришел в себя, увидев, что перед ним русский князь.

– Предлагаю на выбор: или остаешься пленным и после взятия Кракова тебя отпустим, или вступай в мое войско и получишь долю в добыче после захвата города, – предложил я.

– Лучше в войско, – сразу сказал он и объяснил, почему сделал такой выбор: – Краковчан давно пора наказать!

Кто бы спорил! Я приказал зачислить его в пехоту. Там у нас самая большая убыль и больше всего поляков-добровольцев. Их тоже историки обзовут монголо-татарами.

Оставив пехоту охранять обоз, который медленно полз в сторону Кракова, с конницей пошел на свидание с воеводой Пакославом и кастеляном Якубом. Встретились мы неподалеку от местечка с расслабляющим названием Торчок. Встреча состоялась под вечер, поэтому я решил перенести сражение на утро. Основная часть войска легла спать, а несколько сотен легких пехотинцев, сменяя друг друга, всю ночь беспокоили противника, имитируя нападение. Надо отдать должное воеводе Пакославу, расположил он свое войско грамотно. Они заняли склон холма. Впереди – пехота, а конница – сзади. Перед пехотой вкопали в землю заостренные жерди. С левого фланга из защищал лес, с правого поставили телеги и рогатки. Непонятным оставалось, что он здесь пытается защитить, не считая рыцарской чести? Или просто хотел отсидеться, пока мы не пройдем дальше, а потом вернуться в Сандомеж, но плохо спрятался? Я склонялся ко второму варианту.