Капитан Магу

Дождались не все.

— Эй, как тебя там, когда в Текуле будем?

— Завтра к вечеру, — буркнул возница.

Алекс хотел было одернуть мерзавца, да передумал, что с этой нестроевщины возьмешь? Санитарный транспорт только что разминулся с батальонной колонной. Между прочим, третьей за сегодняшний день. Это означало, что на Гатуни выдвигается целая пехотная бригада, что вселяло уверенность в успешном исходе всей операции. Что ни говори, а план генерала Новославского удался, хоть и с задержкой на одни сутки. Оставалось только взять город и выйти к морю.

Где-то далеко впереди, транспорт растянулся версты на две, захлопали выстрелы. Алекс нащупал кобуру и потянул из нее револьвер.

— Что там случилось?

— Да хрен его знает.

Возница извлек откуда-то короткий кавалерийский штуцер, снятый с вооружения где-то в год рождения Алекса Магу, сноровисто забил в ствол патрон и сейчас возился с капсюлем. Выбивая из дороги пыль, к месту перестрелки проскакали несколько кавалеристов из охраны транспорта. Только торопились они зря, перестрелка была короткой, всего по несколько выстрелов с обеих сторон, после чего, все стихло.

Минут десять спустя, кавалеристы вернулись обратно неспешным шагом.

— Что там случилось?

Разглядев на плече раненого офицерский погон, передний всадник остановился.

— Все в порядке, господин капитан. Пальнули какие-то дураки издалека. Потерь нет. Сейчас двинемся дальше.

— Свободны, унтер-офицер.

— Слушаюсь, господин капитан!

Унтер тронул свою лошадь, за ним проехали остальные. Алекс вернул «голд» в кобуру. «Нападение и в самом деле было нелепым. Взять с раненых нечего, а эскорт у санитарного транспорта очень приличный. Зачем тогда было стрелять без всякой надежды на попадание куда-либо. Странная история».

Возница, тем временем, снял капсюль с запальной трубки и спрятал штуцер на дне телеги. Вообще-то, огнестрельное оружие нестроевым иметь не положено, но этот раздобыл где-то.

— Откуда он у тебя?

— Горы. Н-но, пошла!

Телега, скрипнув, поползла дальше.

В Текуль транспорт прибыл уже в сумерках. Вместо добрейшего Золича-Феоба, раненых принимал незнакомый молодой лекарь, усталый и решительный.

— Здесь у нас кто?

— Капитан Магу, — представился Алекс.

Так и не пришедший в сознание лейтенант, естественно, промолчал.

— Та-ак.

Врач зарылся в какие-то свои бумаги.

— Вот, есть такой. Ранение левого бедра холодным оружием.

— Штыком.

Но лекаря такие подробности не интересовали. Откинув укрывавшую Алекса шинель, он принюхался к ране, затем тронул лоб капитана.

— Этого — к Сетниковой, лейтенанта в пятую палату.

И также решительно двинулся к следующей телеге. Санитары перегрузили лейтенанта на носилки и унесли в лазарет. Возница тронул лошадей, и те повлекли повозку с полкового двора.