Капитан-командор

Честный коммунист изгнан из партии как порочащий идеалы этой самой партии. Но это другая история.

Весть о возвращении графа Алексеева взбодрила императрицу. Он был единственным из известных ей дворян, кто никогда ее ни о чем не просил и не жаловался на жизненные проблемы. Всем всегда что-то было надо от нее, хоть маленькую, но подачку. Алексеев, наоборот, предложил изменения, когда она уже не может своим личным решением что-то дать. Земель у нее уже нет, казенные крестьяне получили свободу – Екатерине такие изменения понравились. Да, она из бедного княжества, где считали каждый пфенниг. Она привыкла жить расчетливо, по средствам. Ей не нравилось, когда гвардейские офицеры за неделю тратили свое жалованье. Но это вынужденная мера, ее окружение специально подбивало гвардейцев на банкеты. Денег не хватало на выплату жалованья. Требовалось любыми путями вернуть серебро в казну. Ее офицеры получали денег в четыре раза больше, чем немецкие офицеры. Но она боялась своих гвардейцев, помнила участь мужа. Понимала свою зависимость от гвардии, которая при желании с легкостью уберет ее с трона.

По Неве, смешно и нелепо шлепая колесами и поднимая фонтаны брызг, бегали непонятные кораблики с забавными именами: «Катя», «Катенька», «Катюша», «Кадри», «Катрин» и «Кати». Эти кораблики появились в реке сразу после ледохода. Они бегали вверх-вниз по реке, таская за собой купеческие корабли. Брали парусники на рейде Кронштадта и тянули их к бирже или на Ладогу. Обратно возвращались с кораблями, груженными пшеницей или железом. Первое появление забавных корабликов вызвало в городе бурю эмоций. Жители собирались на набережных Невы толпами и быстро прозвали эти юркие кораблики «котятами». Для Екатерины было очевидно авторство этих кораблей и смысл забавных имен. Поэтому, когда Адмиралтейство попросило разрешения на покупку одного такого корабля для изучения их возможного применения в военных целях, уверенно ответила:

– Нет, эти корабли не стоят внимания Адмиралтейства. Вы узнаете, когда действительно будет что-то важное.

Сейчас она наблюдала, как маленький кораблик тянул против течения сразу два парусника. Люди на набережной что-то кричали и свистели. «Наверняка к себе в Сясь призы тянут», – подумала императрица.

Тимофей и Иосиф Аврумович сидели за столом в новом здании управления заводами в Нижнем Новгороде. Они продолжали изучать списки доставляемых в Россию призовых грузов, прикидывали варианты реализации. Тимофей начал лысеть, как подначивал Иосиф Аврумович, потому, что головой надо думать, а не рвать на ней волосы. Хотя сам Иосиф Аврумович был готов рвать волосы где угодно. Деньги уходили, как лавина. Одно предстоящее размещение пятидесяти тысяч человек заставит и полысеть, и поседеть одновременно.