Капитан Дракон

Белый Клык активен, но террористы зализывают свои раны — и вряд ли террористическая организация разместит свою рекламу в газете. Имея дело с обычными преступниками, можно просто ждать и наблюдать, а затем брать их с поличным на месте преступления. У нас иная ситуация. Мы должны найти этих ребят прежде, чем они нанесут удар, а это почти невозможно.

— Но я думала, что ты как раз и был информационным брокером?

— Когда у меня был мой бар! Ты что, думала, что это мое проявление или что-то в этом роде? Я не делал ничего особенного, просто покупал секреты у людей, а затем продавал их другим. И да, у меня были контакты среди криминала, но такие связи вылетают в трубу, когда тебя арестовывают — и уж точно сливаются в унитаз, когда ты выходишь из тюрьмы, работая на другую сторону. Как ты думаешь, кто бы продал мне сейчас информацию?!

Никто… по крайней мере, никто из тех, кто не хотел быть арестованным Джуниором или убитым своими же товарищами за стукачество. — Вот почему тебя завербовали в VSPR, не так ли? — спросила она. — Они рассчитывали, что связи дадут тебе преимущество в расследовании.

— Бинго. Они вообразили, что это будет лучший способ найти Клык, и я, черт возьми, не собирался их разубеждать. Я думал, что смогу найти другой путь, как только окажусь на свободе, но все испортил наш первый Капитан.

— Тупой засранец был из тех «крутых» парней, о которых пишут в книгах, — сказал он. — Я хотел сработать под прикрытием и притвориться, что выбрался из тюрьмы, и даже умудрился встретиться с одним парнем, который задолжал мне больше, чем мог осмелиться проигнорировать. Но дело в том, что, когда я пошел на встречу с ним, наш Капитан, — Джуниор произнес это слово со всем презрением, на какое был способен, — решил, что хочет показать нам, недоноскам, как работают «настоящие» копы. Он выскочил, завопил моему контакту, что тот арестован, а затем придурка-капитана пришлось вытаскивать, как только началась стрельба.

— Да, и хотя мы его вытащили, нас все равно видели. К следующему утру новости распространились, и внезапно все мои контакты сменили номера свитков и перестали отвечать на звонки. — Джуниор нахмурился и налил себе воды из ее кулера. — Тебе нужно кое-что понять, — сказал он. — Преступный мир велик, но он быстро реагирует. Это необходимо, чтобы выжить, и когда один человек скомпрометирован, у них есть, возможно, от шести до двенадцати часов, чтобы действовать, прежде чем полиция использует полученную информацию, чтобы совершить налет на следующую конспиративную квартиру. За десятилетия преступники очень хорошо научились заметать следы. После того случая прошло уже полтора месяца, а это значит, что мои варианты связаться с ними полностью исчезли.

Янг поморщилась.