Канонир

Я куплю у тебя эти камни, но это твой последний визит сюда.

Слуга вышел и вернулся с деньгами.

Я сунул мешочек за пазуху, убрал нож в рукав.

Слуга шёл по двору впереди, я — метра на два сзади. Кто его знает, что у него на уме?

Когда я уже был за калиткой, рыжий улыбнулся.

— Осторожен ты и опытен. И нож принёс, и себя защитить смог. Не похож ты на лекаря — уж больно ловко оружием владеешь.

— Жизнь научила. Не кидайся на людей с дубинками, когда‑нибудь напорешься на нож.

Рыжий хмыкнул и закрыл калитку. Вот влип! Кто же мог подумать, что ювелир опознает камень? Теперь придётся искать другого покупателя, а это непросто. Ювелиры — не кузнецы, не на каждом углу сидят, и никто не даст гарантии, что и у другого ювелира не будет такого же рыжего слуги с дубинкой. Только сейчас, на обратном пути пришло понимание грозившей мне опасности и запоздалый страх. Ведь тюкнули бы по темечку, тело сбросили бы в отхожую яму, камни — себе, и — привет. А если бы даже и не убили, а передали городской страже — их двое, иноземцы — им быстрее поверят. Утверждали бы, что я хотел их ограбить, напал с ножом. И разбираться бы никто не стал — ведь видаков двое. Вздёрнули бы на суку как пить дать. И выходит, что я только чудом выскользнул из лап смерти.

Пару раз на обратном пути я оборачивался. Кто их знает, этих чужеземцев — пойдёт слуга следом, проследит, где живу — жди потом служивых из Разбойного приказа.

Мне вспомнился измождённый вид ювелира, и в памяти сразу всплыло: «Как злой Кагцей над златом чахнет…» А ведь верно подмечено!

Поскольку время было обеденное — откушал, оставил деньги, взял несколько камней и пошёл на торг. Я выбрал самый крупный камень и стал обходить лавки златокузнецов — так на Руси ранее назывались ювелиры. Маленький камень показывать не стоило — его просто могли купить. Большой же стоил дорого — наверняка покажут дорогу к тому, у кого есть большие деньги.

Четвёртая попытка оказалась удачной. Молодой и весёлый ювелир — наверняка подмастерье, осмотрев камень, сказал:

— Таких денег, чтобы камень сей купить, ты в лавках не найдёшь. Ступай в крайний ряд, там спросишь лавку Кривого Евстрата. С ним и поговори.

Евстрат оказался не кривым, а косым. Оба его глаза как‑то странно косили, и невозможно было понять — на тебя он смотрит или в сторону.

Осмотрев камень, Евстрат бросил:

— Не торопись — сколько заплатишь?

— Сто рублей серебром.

— Договорились. А эти возьмёшь?

Я на ладони протянул оставшиеся камни. Ювелир посмотрел по сторонам — а может быть, мне так показалось с его косыми глазами.

— За все камни денег здесь нет. Вот тебе за тот, что договорились. Ещё камни есть?

— Есть! — Я решил рискнуть.

— Скажи, куда подъехать, и жди вечером.

— Договорились. Только если придёшь не один да с чёрными мыслями, пеняй на себя.