Канкан на поминках

Вообще говоря, собиралась позвонить Софье, я ей подарок привезла. Вот.

Она легко поднялась с табуретки и взяла с подоконника трехлитровую банку с красной икрой.

– У нас на Сахалине этот деликатес просто даром, правда, вывозить нельзя, но знакомые летчики помогли. У меня ведь муж служит в военной авиации, друзей в небе полно… Соня обожает икру, именно красную, черную на дух не переносит, а эту способна есть ложкой и без хлеба или картошки. Я всегда удивлялась, глядя на нее. Купит баночку и вмиг проглотит, мне бы сразу плохо стало.

Я вздохнула. Надо же, точно так же любил красную икру и Володя. Иногда мы с Катериной покупали ему грамм двести и торжественно подносили на блюдечке. Майор мигом проглатывал угощение и довольно щурился.

– Ты бы хоть с хлебом ел, – поднимал в Катюше голову врач, – или с сухариком! Разве можно так, без «гарнира»!

– Нет, девушка, – смеялся Володя, – вы ничего в икре не понимаете, красная, в розетке, да под чай сладкий… Восторг!"

"Я лично и представить себе не могла, как можно запихнуть в рот ложку соленых рыбных эмбрионов и потом прихлебывать сладкое, как растворенный мармелад, пойло. Но в конце концов, каждому свое. Едят же некоторые огурцы с медом или шоколад с арбузом?

– Она ее запивала невероятно сладким чаем, – завершила рассказ Аня, – икру клала в розетку и ела, как варенье!

Я уставилась на девушку во все глаза, искренне пораженная полным совпадением вкусов Володи и Софьи. Но Анечка, очевидно, поняла мое удивление по-своему, потому что спокойно улыбнулась:

– Понимаю, такое сочетание выглядит дико, но, например, моя сестра обожает селедку со сгущенным молоком.

Мы помолчали, потом Аня дрогнувшим голосом спросила:

– Соню правда убили?

– Да.

– Как?

– Ударили кухонным ножом.

– Каким? – вскрикнула Аня. – Длинным, жутко острым, с красной ручкой? Ужас, это я его ей подарила!

Я не знала, как выглядит нож, которым зарезали Соню, но на всякий случай быстро сказала:

– Нет, нет, короткий, с широким лезвием, а рукоятка зеленая.

Аня слегка успокоилась, вытащила «Золотую Яву», чем немного удивила меня. Такой девушке подошли бы другие сигареты, поэлегантнее. «Парламент», в конце концов. Впрочем, удивляло не только это.

– Разве ваш муж летчик?

Анечка затянулась и кивнула:

– Да, именно поэтому нам и пришлось уехать на Сахалин из Москвы. Впрочем, надеюсь, что Павла в конце концов переведут в столицу.

– А Наталья Константиновна говорила, будто он моряк и вы живете в Североморске…

Анечка удивленно вскинула брови.

– Нет. Странно, что она перепутала, хотя мы не переписывались, несмотря на то, что одно время пытались дружить.