Канкан на поминках

Еще хорошо пристроилась, при цветах… Сережку Лаптева помнишь? Ну, контрабас, подающий огромные надежды?

Я кивнула:

– Конечно. У него и мама, и папа в оркестре в Большом играли.

– Родители умерли, – вздохнула Наташа, – а сам Сережка теперь директор кладбища.

– Кто?!

– Могилами заведует. Приезжал недавно в «Лилию» весь в цепях, перстнях и пальцы веером, так что цветы еще не худший вариант. А ты где служишь?

Неожиданно я соврала:

– В детективном агентстве.

– А-а, – не удивилась Наташа, – вот почему ты про Соню спрашивала, небось какая-нибудь жена наняла за мужем следить…

– Ты не поверила, что мне нужен букет?

Наташа звонко рассмеялась.

– Конечно, нет. Извини, но ты не тянешь на нашу клиентку. Правда, иногда прислугу присылают. Но для наемной рабочей силы ты слишком нагло держалась. Лена сразу поняла, что ничего покупать не станешь.

– Как ты их выдрессировала, – покачала головой я, – девушка только улыбалась…

– Она тоже может ошибиться, – пояснила Наташа, – вот позавчера пришел мужик, по виду натуральный бомж, брюки веревочкой подвязаны, на голове панамка грязная, и скупил полмагазина. В трудных случаях, когда продавщица не знает, как поступить, меня зовут на помощь.

– И Соня так делала?

Директриса тяжело вздохнула, вытащила пачку сигарет «Собрание» и сообщила:

– Софья всегда знала, что делать. Просто чутье имела, нюх на людей. Очень активная девушка была.

– Почему была? Ты ее выгнала?

– Софью убили несколько дней назад.

– Да что ты говоришь, – всплеснула я руками, – а кто?

– Не знаю, но думаю, что любовник.

– У нее было много мужчин?

Наташа раздавила в пепельнице недокуренную сигарету.

– Ужасное количество. Конечно, она была необыкновенно хороша собой, однако одновременно и патологически глупа, образования никакого, но мужички-клиенты, а таких тут большинство, просто млели при виде ее ног. От Сони исходила какая-то аура звериной сексуальности. Стоило ей глянуть на представителя сильного пола своими огромными глазами, и все, парни падали замертво.

– Вроде в фешенебельных магазинах не любят, когда продавщицы строят глазки покупателям.

– Верно, я своим тоже запрещаю кокетничать на рабочем месте. Но что девчонки делают в свободное время – никого не касается. Впрочем, Софья ни к кому не приставала, она так жила. Между прочим, многие ее кавалеры часто приходили в «Лилию», салону только выгода была от ее любвеобильности.

– Неужели ни разу никаких неприятностей не было?

Наташа нахмурилась.

– Однажды только.

– И что же произошло?

Директриса промолчала, потом все же ответила:

– Жена пришла и такое устроила!

– Да ну, и что?"

"Наталья Константиновна секунду удерживала серьезное выражение на лице, потом не утерпела и весело рассмеялась.