Каникулы на Эленмаре

Возможно информация, которую ему удалось раскопать, перевернет все представление о вселенной, но все же он готов донести ее до общественности.

Телепортировались с помощью амулета Сумрака прямо в знакомую столовую дома энфины Яванны. Только комната оказалась какой-то незнакомой. Вместо сравнительно уютной обеденной залы, где всегда вкусно пахло, а игривый ветер колыхал легкие занавеси на окнах, мы попали в гигантское помещение с мраморными полами и колоннами, с чередой слуг-андроидов чинно стоящих вокруг стола необъятных размеров.

— Что это? — прошептала Хунька.

— Пространственные изменения дома, — спокойно ответил Дарин, нисколько не удивившись такому преобразованию.

Да, изменения были. И не дома, а самого настоящего дворца. Огромный стол спешно сервировали не то к раннему ужину, не то к позднему обеду. А вот количество приборов, которое роботы ставили, впечатляло.

— Бабушка что, решила всех соседей позвать? — прошептала я, дергая мужа за рукав. Ответа не последовало. Ясно. Голова энфины — предмет темный и исследованию не подлежит, нужно было давно уяснить эту простую истину.

— Хорошо, что вы вернулись к ужину, — улыбнулся нам вездесущий Робби. Значит, все-таки ужин. — Ваша семья соберется через несколько минут.

Семья? Конечно, в тот момент я искренне полагала, что под «семья» андроид подразумевает бабушку и ее мужей, ну, возможно еще Снегиреву. Она, между прочим, мне тоже какая-то там родственница будет в скором будущем. Не зря же европейка за братом моей прародительницы полгалактики пролетела. Но мое удивление не укладывалось ни в одну приличную фразу, чтобы его описать, когда двери распахнулись и вошли…

— Мама! Па! — воскликнула я, бросаясь им на встречу.

— Ну-с, ребенок, что ты еще успела натворить без нашего присмотра? — отец, как всегда, подозревает меня в самых страшных преступлениях, но взгляд родных серых глаз теплый и любящий. А мама, наверняка, начнет меня сейчас кормить.

— Сережа, Алю сначала покормить нужно. Потом воспитывать будешь. — Зоя Александровна Верник укоризненно покачала головой, глядя на улыбающегося мужа.

— Добрый… ээээ… день. — Отмерла Хунька, выдавив из себя приветствие."

"— Ах, Хунечка, здравствуй, золотая, — заворковала мама. — Выглядишь чудесно. Я всегда говорила, что с вашими взбалмошными характерами военная служба вам с Алей на пользу. Там питание, режим и дисциплина.

— Зоенька, — папа, обнимая меня, пытался повлиять на жену, которую просто несло, когда дело касалось домашнего хозяйства и воспитания детей, то есть нас с Фархундой, — дети голодные!

— Ах, да! — оживилась она. — Быстро руки мыть и за стол. Молодого человека с собой прихватите. Сейчас остальные подойдут. Нас теперь так много…

— Мам, — улыбку сдержать не могла.