Канарейка

Обоз вот-вот должен был тронуться в путь, мы тепло попрощались и поспешили занять свои места. В этот день с улицы не доносилось звуков привычных перекличек, смеха и оживления. Все, за исключением возниц и охраны, спали."

"В дальнейшем наше путешествие протекало спокойно и к концу успело, честно сказать, конкретно надоесть. Первые впечатления потеряли новизну, теперь мы просто ехали, терпеливо дожидаясь окончания пути. Рутина, медлительность движения и вот эти огромные расстояния угнетали наши с подругой деятельные натуры.

Как-то не помню, чтобы подобные чувства возникали у меня в компании Барагунда. Наверное, это где-то на уровне психологии - одно дело, когда дорога - это жизнь, другое - порядком затянувшееся, но конечное путешествие из пункта А в пункт Б.

Хорошо ещё наши с Флёр кавалеры скрашивали скуку. Причём, если у нас с Леоном всё замерло в одной поре приятного общения, заботы, маленьких сюрпризов, и обоих это устраивало, то импульсивной, артистичной подруге хотелось страстей. У неё буквально открылось второе дыхание, тётка как будто снова вернулась в яркую, раскованную, живую молодость

А простой и надёжный, как топор, Харт, совершенно неискушённый в любовных делах, попросту не умел ухаживать эффектно.

Наблюдать, как психует по этому поводу Флёр, было уморительно.

- Нет, Лира, я умираю с этих мужиков! Что один, что второй! Где эмоции? Где пылкие признания? Где вот это всё? Твой хоть истории рассказывает, а этот медведь вообще молчит. Пыхтит, дуется, смотрит влюблёнными глазами, мычит что-то нечленораздельное и всё!

- Ну мы, например, с Леоном никуда не торопимся. - хохотала я, - А Харт зато отличный слушатель. Поговорить ты у нас сама горазда, тут должен лидировать кто-то один. Представь, что твой ухажёр начнёт тарахтеть так же, как ты - сама же первая задушишь.

- Нет... это, конечно, да... - Флёр остановилась, на секунду задумавшись над сказанным, - Но всё равно, Лира, это невозможно! Я, наверное, никогда не дождусь от него внятных объяснений.

- Дорогая, он просто не знает, каких слов ты от него ждёшь и боится ошибиться. Опасается всё испортить.

- Ну вот, а мне тут страдай. - буркнула та в ответ и насупилась.

Мы уже пятый день, как ехали по территории соседней страны, и это была последняя ночёвка перед тем, как попадём в столицу. Здесь тоже никто особо не заморачивался с придумыванием географических обозначений, главный город государства, как и оно само назывались одинаково - Блусторд.

Все заметно оживились и даже волновались. За ужином у костров гудели разговоры. Одна моя дорогая Флёр дулась на своего Харта, как мышь на крупу, а тот не знал, что ему сделать, чтобы вернуть своей возлюбленной хорошее расположение духа.

И так мне его жалко стало.