Камуфлет

Когда съезжаются дачники, семья Берсов предстает в полном составе: дядюшка и бесценные племянники. Дачу в Озерках они снимают впервые, от встречи со старыми знакомыми застрахованы.

Но блестящий план дает сбой. «Мемнон» видит, что Петр даже в женском платье вызывает интерес Берса и, скорее всего, отвечает ему взаимностью. Непредсказуемый элемент следует исправить. «Мемнон» узнает о докторе Звягинцеве, который лечит мужеложество током. Он везет Петра в электролечебницу. Но, отвлекшись на интересные приборы или пытки мужеложцев, не замечает, что Петя просит вызвать полицию. Звягинцев считает это проявлением болезни и лишь записывает биографию юноши в карточку больного. Сеанс проводится, следы электрического ожога остаются. «Мемнон» расплачивается чеком с дядиной подписью. Он не боится оставить улику, потому что полностью «стирает» из памяти Аристарха Петровича свой образ.

Думаю, Петр испытал такую физическую боль, что решает сделать вид полного исцеления. Он не только смирно живет в женском платье, но и отказывается от внешних признаков интереса к мужчинам.

Теперь можно начать камуфлет. Стоит логическая задача: одновременно убить наследника и сделать в этом виновным Фредерикса. Решение несложное. Необходимо, чтобы барон испугался разоблачения тайны Петра Ленского неким таинственным, совершенно выдуманным обществом «Primus sanguinis» и приказал провести расследование. Для этого являются таинственные письма, напечатанные на старенькой машинке. Во дворец их подкладывает не Ягужинский, а штаб-ротмистр Меншиков, который мечтает изменить жалкий жребий старшего стражника.

Но кто же будет вести расследование? Ягужинский не должен найти злоумышленника. У него цель противоположная: провалить расследование, чтобы быть выгнанным со службы министром двора. Зачем? Чтобы вернуться во всем блеске справедливости, когда наследник погибнет, и указать на главного врага престола — барона Фредерикса. Поэтому требуется жертвенный барашек.

Замечу, что в парижской клинике «Мемнон» столкнулся с нашим старым знакомым, который завещал ему рукопись «Божественного яда» и непременный наказ поквитаться с Ванзаровым. Так что жертва, которая должна распутать преступление, была определена сразу. Оставалось найти актеров, сыграющих в расследовании. Они будут уверены, что выполняют нетрудные поручения, получая в оплату наполеоновский взлет карьеры. На самом деле их готовят на заклание. Ведь чиновник сыскной полиции не должен ничего заподозрить, а напротив, расследовать со всей страстью настоящее, запутанейшее преступление. При этом его будут незаметно вести к цели. Чтобы он не сбился, ему поручают одно и то же расследование «охранка» и дворцовая стража.