Камуфлет

Вместо того чтобы отдать честь, схватился за медную ручку так, чтобы дверь не открыть. По всему выходило, постовой не пускает и.о. начальника сыскной полиции.

— Язин, ты что? — удивился Ванзаров.

— Прошу прощения, ваше высокоблагородие, у меня приказ… не велено…

— Что не велено?"

"— Не велено… Пускать вас, то есть… Приказ… уж простите, Родион Георгиевич.

Пришлось отступить. Ясно одно: чиновнику сыскной полиции запрещен вход в управление. И не просто, а строжайшим образом, раз постовой не пропускает.

— Что ж, Язин, приказ надо исполнять. — Он отошел на шаг. — Сделай милость по старой дружбе, вызови Джуранского, а я вон там, на канале прогуляюсь.

Городовой обещал помочь.

Ждать пришлось недолго. Верный помощник прибыл, но необъяснимо переменился. Не так смотрит, не так держит себя, и вообще Ванзарову показалось, что ротмистру все время хочется оглянуться по сторонам. Напугали, что ли, кавалериста?

— Мечислав Николаевич, извольте объяснить, что это значит?

— Распоряжение господина Филиппова: отдел вас отстранить, в Управление не допускать вплоть до выяснения всех обстоятельств. — Ротмистр увел взгляд куда-то в даль Екатерининского канала.

— Могу ли знать, в чем меня обвиняют?

— В циркуляре сказано: «В связи с возможным соучастием в убийстве и дознанием, проводимым Охранным отделением».

Выдержка и спокойствие — лучшие друзья чиновника полиции в опале.

Так что Родион Георгиевич позволил себе легкую усмешку:

— Дознание, говорите? Мою жену и кухарку арестовала «охранка», детей отдали в приют, меня обвиняют, что это я обстругал «чурку». Ну, как вам такое дознание?

— Я в это не верю.

— Спасибо и на том. Кто назначен замефать?

Джуранский нервно одернул сюртук и заложил руки за спину:

— Господин начальник сыскной полиции назначили своим временным заместителем меня.

Поздравлять бывшего подчиненного коллежский советник не стал, но незримым изменениям в образе «железного ротмистра» нашел простое объяснение. Даже временная должность с полномочиями меняет человека. Даже железный характер прогибается. Какая жалость, ей богу!

— Рад, что сыск в надежных руках, — как ни в чем не бывало, заявил Ванзаров. — В таком случае профу вас, как исполняюфего, разрефить мне забрать кое-какие документы.

Ротмистр дернул усиками:

— Это невозможно. У меня четкий приказ. Простите.

— Один нескромный вопрос: до получения новой должности, успели напечатать текст, который я диктовал, и получить справку из адресного стола?

Джуранский вздохнул обиженно:

— Зря вы так, Родион Георгиевич, я же не виноват… меня назначили…

Бывшему начальнику ротмистр протянул пачку листков: подметное письмецо было распечатано на разных машинках. От руки же составлен список всех Морозовых столицы.