Наследница Каменной пустоши

Прямо напротив, на диване, сидела я! Нет, действительно я! У незнакомки была та же фигура, то же лицо, те же зеленые глаза. И правая бровь была чуть выше левой. И ямочки на щеках задорно играли, точь в точь, как у меня.

Я замерла, жадно разглядывая собственное отражение. Опасения и страхи отошли на второй план. Сидящий в кресле адвокат – тоже. Я, не отрываясь, смотрела на двойника. А ничего так девочка. Хорошенькая. Даже шарм какой-то чувствуется. Почти парижский.

Незнакомка, словно подслушав мои мысли, посмотрела прямо мне в глаза и неожиданно задорно подмигнула.

Обалдеть! Я открыла рот. Потом закрыла и снова открыла, собираясь задать закономерный вопрос, но не успела.

– Добрый день, Евгений Борисович! – с чувством произнес Лекс, отстраняя меня и направляясь к Циленскому. – Рад видеть вас в добром здравии."

"– А уж как я рад нашей встрече! – расплылся в улыбке Циленский. Он вскочил с кресла и устремился навстречу Стахову. – Позвольте пожать вашу руку, Алексей Алексеевич! Вы не представляете, как же я счастлив, что вы вернулись!

Адвокат подбежал к герцогу, схватил его ладонь и с чувством ее пожал.

– Бесконечно рад! – воскликнул он. Его чуть выпуклые голубые глаза скрылись в низких складках век, тонкий маленький рот смешно скривился набок, кустики бровей взлетели вверх. – Бесконечно, – повторил Циленский, продолжая трясти руку Стахова.

Я смотрела на разыгрываемую передо мной комедию и не могла понять, что происходит. Безмерная радость мужчин, их неискренние улыбки, превратившийся в весельчака Стахов, незнакомка, поглядывающая на все с невозмутимостью буддиста. Мне очень хотелось вмешаться, но я решила помалкивать. На всякий случай. Мало ли! Пока не пойму, что тут происходит, лучше не торопиться, пусть Лекс сам разбирается с происходящим.

– Вы к нам надолго, Алексей Алексеевич? – не переставая приветливо скалиться и по-прежнему не обращая на меня никакого внимания, спросил Циленский.

Я видела, что, несмотря на показную радость, адвокат смертельно напуган. Его светлые глазки бегали, а губы чуть подрагивали.

– Думаю, побуду пару недель, – ответил Стахов. – Хочу погостить у такой очаровательной хозяйки подольше, – двусмысленно улыбнувшись, он отвесил моему «отражению» шутливый поклон.

Мачо снова был в образе – мил, учтив и галантен.

– Хе-хе, дело молодое, – поддакнул Циленский.

Он разве что на пузе не ползал. Казалось, еще немного, и адвокат начнет целовать Стахову руки. Интересно, Евгений Борисович знает, кто такой Лекс? Скорее всего, да. Просто так он не стал бы перед ним стелиться.

Я задумчиво потерла лоб, пытаясь привести мысли в порядок, и тут вторая я неожиданно поднялась с дивана и моим голосом произнесла:

– Евгений Борисович, может быть, чаю?

Хм, а фигурка у меня довольно аппетитная.