Звёздный камень

В ее шкатулке лежало несколько шпилек, я укололся о них и все вспомнил. Потом я перерыл весь дом, но либо она очень хорошо ее спрятала, либо выкинула – либо забрала с собой. Я даже спросил отца, не помнит ли он про шпильку, но он назвал звездные камни «блеклыми» и сказал, что не дарил маме такую безвкусицу. Значит, она купила ее сама.

– Скорее всего, ее сделали под заказ. В воспоминании она назвала камень «редким». И я так понимаю, ты не знаешь, где та дверь и что за ней находится?

– Не-а. Самое странное, «Незримые», кажется, тоже не знают. Я думал, они притащат меня туда сразу после вступления и заставят ее открыть. Но они о ней даже не спросили. Значит, мама либо не рассказывала о ней, либо они не поняли, что моя кровь – ключ.

– Либо они выжидают подходящий момент, – заметила Софи.

– Теперь-то понимаешь, почему я до сих пор с ними? Не знаю, что за той дверью – не знаю, что планировала мама, но я сыграл в этом свою роль. А значит, я смогу положить конец ее планам.

– Как думаешь, что там?

– Не знаю. Но добра от моей мамы не жди.

– Немного добра она в мир привнесла, – возразила Софи. – И мне оно очень нравится.

Киф отстранился, и между ними пронесся порыв холодного вонючего ветра.

– Не хочу расстраивать, Фостер, но вкус на друзей у тебя ужасный. Ты же видела, как я себя повел. Каким неудачником надо быть, чтобы делать все, что прикажут, и не требовать объяснений?

– Надо быть мальчиком, над которым всю жизнь издевались и которым манипулировали. Вот она, сила оскорблений. Они постепенно истощают тебя, и сил на сопротивление не остается.

– Да, но я знал, что мне сотрут память – слышала, что мама сказала в конце? Мне было девять, я точно знал, кто такие Стиратели. Я знал, что со мной сделают. И не помешал им, потому что хотел забыть. Я сам решил закрыть на все глаза.

– Я поступил бы так же, – раздался за их спинами четкий голос с акцентом.

У Софи запылали щеки. Воспоминания так поглотили ее, что она забыла про Фитца."

"– Простите, – буркнул он. – Не хотел вмешиваться. Но, правда, Киф. Ты так говоришь, будто девять лет – это много. Ты был просто ребенком. Знаешь, что делают дети? Верят своим родителям, даже если чувствуют, что что-то не так, потому что родители – весь их мир. И что бы было, если бы ты отказался? Думаешь, мать просто отпустила бы тебя, не взяв крови?

– Я так понимаю, ты подслушивал мысли Фостер? – спросил Киф.

– Сначала нет. Но потом Софи ахнула, я спросил, все ли в порядке, а вы не ответили. Поэтому я обошел ее блок, чтобы убедиться, что все хорошо, и… не смог оторваться. Я все думал, что бы почувствовал, вспомни я нечто подобное – что бы сделал, узнав, что был частью чего-то настолько зловещего. На ум приходит один ответ: я бы сделал все, чтобы помешать их планам.