Камень. Книга 4

— Всё одно к одному — сначала появляется Канцелярия уже с практически готовыми текстами статей и новостей, непонятно откуда всплывают соответствующие статьи на других новостных каналах, заливается в паутину этот прекрасно смонтированный ролик, который делали явно не в дикой спешке, эти волнения у Афганского посольства… И заешь что самое хреновое, сынок? То, что там, в этой «Русской избе», могла пострадать твоя дочка и моя внучка. И ещё кто-нибудь. Что ещё больше возмутило бы подданных Российской Империи. — князь опять вздохнул и замолчал.

Долго молчал и Наследник.

— Отец, может ты как-нибудь намекнёшь Государю о своих догадках? Чтобы нам Аньку за Алексея гарантированно выдать…

— Тебе жить надоело? — усмехнулся князь. — За всем случившимся я чую цепкую руку Николая. Он внучек своих подставить не пожалел ради каких-то своих далеко идущих планов, а тут я такой красивый нарисуюсь со своими намёками. Будь уверен, несчастный случай нам с тобой гарантирован, или, что хуже, Бутырка, с последующим приёмом в ней для остальных Родов. Пойми, сынок, я с тобой всё это обсуждаю только для того, чтобы ты потом не делал вот таких вот ошибок и не принимал скоропалительных решений. — улыбался князь. — Понял меня?

— Понял.

— И давай забудем, о чём мы с тобой только что говорили, здоровее будем.

— Уже забыл, отец.

* * *— Смотри, отец, — Дмитрий Владимирович Воронцов вышагивал по кабинету Военного министра Российской Империи, — Никпаи напали втроём, а вот здесь, — генерал подошёл к отцовскому столу и на его компьютере нашёл нужный момент на записи, — Алексей Александрович гасит первого, который и не думает применять стихию, хотя на приближение Великого князя реагирует заблаговременно и поворачивается в его сторону.

— И что, Дима? — ничего не понимал князь.

— А то, что обычную дурилку картонную Никпаи с собой для массовки на такое ответственное дело брать бы не стали.

— Э-э-э, Дима! — строго посмотрел на сына Военный министр. — Ты за языком-то следи! Нашел, тоже мне, ответственное дело! Это покушение на Романовых, на секундочку! Совсем ты в этой своей разведке профессионально деформировался!

— Брось, отец! — поморщился генерал. — Морали своим лизоблюдам в лампасах читать будешь. Ты понял, о чём я говорил?

— О дурилке картонной. — кивнул министр. — У меня к вечеру совсем голова перестаёт соображать. Можешь проще объяснить?

— Это однозначно колдун, отец! И Алексей Александрович его не случайно первым загасил. И, как ты понимаешь, Никпаи и решились-то на эту акцию только при поддержке колдуна.

— Ну-ка, ну-ка… — князь потянулся за очками. — Включи запись с самого начала… Точно! Это был колдун, Димка.