Камень. Книга 4

* * *По прилету в городок, после обеда, Прохор нам приказал ложиться спать — операция планировалась ближе к вечеру. Вот этот приказ воспитателя мы выполнили с огромным удовольствием и с готовностью улеглись в койки.

Подъем, как всегда, был неожиданным…

Перед вылетом Цесаревич устроил краткий инструктаж:

— По информации Пограничной службы, верхушка Никпаев сейчас находится в одном их своих загородных домов. Общая их численность составляет порядка тридцати человек. Более точных данных добыть не удалось, у пограничников приказ не приближаться к дому ближе, чем на три километра — есть серьезные основания считать, что среди Никпаев может быть колдун. Вот примерный план дома и остальных построек, за точность не ручаюсь. Десять минут на изучение.

Так… Вытянутое одноэтажное строение с кучей комнат… Гараж и хозяйственные постройки…

— А это что за ангар? — поинтересовался Прохор.

— Маленький заводик по производству наркоты и склад готовой продукции. — пояснил Цесаревич. — Нам все это надо будет потом сжечь, вместе с другими постройками. Ознакомились? Теперь к деталям. Все помнят, что Никпаев надо брать только живыми и все их гаджеты нужны в исправном состоянии?

— Да.

— Следующее. После высадки старшим нашей группы назначается Прохор Петрович Белобородов, когда начнем работать, старший Алексей. Приборы ночного виденья все взяли? Вопросы? Предложения? По коням!

В вертолете Прохор посадил нас с полковником Литвиненко рядом с собой:

— Леший, исходя из того, первого нашего приключения на горе, чувствительностью ты не обделен?

— Есть такое дело. — кивнул тот.

— Тогда мы не будем напрягать Камня, а всю дорогу до дома Никпаев ситуацию будешь контролировать ты.

— Без вопросов, дело-то привычное. — с готовностью кивнул Литвиненко.

На месте высадки нас ждали два пограничника из той группы, которая наблюдала за домом Никпаев. Они же и выступили проводниками.

До места добирались на темпе. Волей-неволей, я расслабился и на автомате присоединился к Лешему, тоже сканируя местность в эдаком пассивном режиме, работая только на прием. И эта расслабленность, в конце концов, дала свои результаты — пискнувшая чуйка зафиксировала на границе восприятия едва светящегося колдуна, как раз в той стороне, где и находился дом Никпаев.

— Всем стоять. — спокойно сказал я в гарнитуру.

Группа покорно остановилась и замерла, а я прямо почувствовал и без того растущее напряжение наших бойцов.

— Кеша, — обратился я к старшему из пограничников, — сколько до цели? Я имею ввиду дом.

— Чуть больше трех километров.

— Леший, чуешь колдуна? — спросил я у полковника.

— Нет.

— А он есть. — хмыкнул я.

— Он тебя почуял?

— Не думаю. И ты… расслабься, Леший, не выдавай нас раньше времени.

— Уже, Камень.

— Камень, это Тихий.