Камень. Книга 2

Заметив наше приближение, Юсупова фыркнула и нарочито громко ответила:

— Думаю, что мы с Наташей сможем составить вам компанию, Ваши Императорские высочества!

«Ага, вот и ещё одни родственнички!» — подумал я.

— Инга, и почему вдруг так официально? — спросил второй молодой человек.

— Да выделывается она просто! — усмехнувшись, сходу заявила Анна. — Привет, Николай! Привет, Александр! Очень рада вас видеть!

Внимание молодых людей переключилось с Юсуповой и Долгорукой на Шереметьеву.

— Анечка! А ты всё хорошеешь! — заулыбался первый. — Дай я тебя обниму! — он сделал шаг навстречу.

— Пойдём, Наташка! — так же громко сказала Инга. — Мальчики, найдёте нас позже. — и они с подружкой гордо проследовали к барной стойке.

— Не обращайте внимания! — усмехнулась Шереметьева, глядя на недоумевающих молодых людей. — У нас с девочками небольшие разногласия. Ничего серьёзного. Познакомьтесь, Алексей Пожарский! — представила она меня.

— Николай Викторович Романов.

— Александр Александрович Романов.

Мои троюродные братья протянули мне руки, которые я пожал. Хорошо, что они сразу обозначили свои отчества — насколько я понял, именно с их отцами, Виктором Павловичем и Александром Александровичем, я знакомился на Совете Рода. С этими всеми родственниками мне предстояло ещё познакомится, особенно с женами, сёстрами и детьми.

— Николай Викторович, Александр Александрович, очень приятно познакомится! — решил я отыграть роль провинциала.

— Брось, Алексей! — отмахнулся Николай. — На «ты» и по именам. Привет, Андрей! — Великие князья поручкались с Долгоруким. — А где вы с Алексеем познакомились?

— Учимся вместе, Коля. — и Андрей начал рассказывать подробности, а я подтверждающее кивал.

Потом он сам спросил у моих братьев про их успехи в военном училище. Великие князья только отмахнулись — тянем лямку, типа, на выходных из казармы только вырваться и получается…

— Анечка, а не твою ли статью по выставку художника Хмельницкого мы читали недавно? — спросил у Шереметьевой Александр. — Фамилия у автора уж больно знакомая была… Как в газете из Лицея… Да и Рода упоминались такие интересные, Юсуповы, например, Долгорукие, Шереметьевы и Пожарские. Даже сестрёнку нашу, Марию, упомянули…

— Саша! Ты меня удивляешь! — Шереметьева засмеялась. — Когда это вы с братцем газеты начали читать? В Лицее вы за этим постыдным занятием замечены не были.

— Армия, Аня, ещё не такое с людьми делает… — притворно вздохнул Николай, а Александр закивал.

— Бедненькие! — Шереметьева продолжала смеяться. — И это надо было так Великих князей довести! Идите ко мне, я вас пожалею!

Великие князья с готовностью откликнулись на предложение и с двух сторон обняли девушку.