Камень. Книга 2

А у Вяземской так вообще глаза горели! Вот тебе и Валькирия! Шею кому свернуть — нет проблем, стрелять на поражение — не вопрос, с мужиками на кулачках сойтись — запросто! А увидела красивое украшение — взгляда отвести не может! Придётся теперь и её чем-то радовать, иначе побьёт, или, того хуже, доступ к телу ограничит…

Закончили мы сидеть около двух часов ночи. Проводили Сашку Петрова и Виталия Борисовича Пафнутьева, который уже на улице чуть расчувствовался и обнял Алексию, трогательно поцеловав ту в лобик.

— Леська, — уже в квартире нашей звезды сказала Вика, — вот что не говори, я твоего отца не в первый раз вижу, и в Кремле наблюдала, и… — она осеклась. — Но каждый раз мурашки по телу бегут от его взгляда. А с тобой он… другой. Как так?

— Отцовская любовь! — улыбнулась Леся. — Маму с братьями и сёстрами он ещё больше любит."

"— Да, Пожарский… — протянула Вяземская. — Я, конечно, у Романовых на многое насмотрелась, но с тобой вообще попала за кулисы всего этого действа! Никогда не думала, что с легендарным Пафнутьевым и с его дочкой выпивать буду!

* * *— Костя! И что отцу теперь говорить будем? — братья Пожарские стояли на крыльце «Метрополии». — Вот кто тебя за язык тянул? Отец же просил наладить с Лёшкой отношения! Посидеть тебя часик ломает, Университет тебе не понравился! А то, что племяш в этом самом заведении, — наследник Рода Пожарских мотнул головой назад, — неделю назад моих троих сослуживцев, из ДШБ на секундочку, покалечил меньше, чем за минуту, тебя не впечатляет? А потом с отцом к нам в полк приехал и уже там командира этих придурков уложил? Крепкого воеводу?

— Да знаю я это всё! — отмахнулся младший Пожарский. — Извини.

— Извини? — взвился наследник. — Тебе вообще все мозги отбили в этом твоём Преображенском полку?

— Ты полк не трогай, братец! — набычился младший. — Да, не сдержался! Так получилось. Перед отцом отвечу сам! Но ничего страшного не случилось, как были у нас хреновые отношения с князем, такими они и остались. Вот и всё.

— А ты видел, как на этого самого князяСашка Романов смотрел, папашка евоный? — хмыкнул Григорий.

— И что? — пожал плечами Константин. — Лёшка парень добрый, против родни никогда не пойдёт. Да и отец нас всегда защитит, племяш его сильно любит.

— Отец не вечный, братик! — наследник в очередной раз убедился, что переубёждать Константина в чём-либо — бесполезное занятие. — Что с деньгами делать будем?

— Отцу отдадим, пусть сам решает, что делать с этой «подачкой». — пожал плечами тот.

* * *Утром четверга прощание с Алексией продолжилось — мы втроём переместились в мою квартиру, где заботливый Прохор уже начал готовить завтрак. С помощью девушек это у него получилось ещё быстрее и вкуснее.