Камень. Книга 2

 — Конечно покажу! Только надо сначала всех встретить, познакомить, чаем напоить. А потом мы с тобой и в прятки в этом доме можем сыграть. Договорились?

— Да, братик! — важно кивнула она. — Только в прятки не буду, я уже большая! Во что-нибудь другое сыграем!

— Договорились. — я выпрямился, а Елизавета продолжала крепко сжимать мою ладонь.

Романовы и дед с улыбками наблюдали за этой сценой.

— Михаил Николаевич! Сын! — Цесаревич пожал нам руки.

Следующими с дедом поздоровались Мария с Варварой. Когда же они подошли ко мне, то возникла неловкость — никто из нас троих элементарно не знал, как себя вести в подобной ситуации. Выручил отец:

— Изобразите поцелуй, этого будет достаточно. Всему учить надо!

Пришлось изображать… Когда закончили, и я, и обе моих сестры, выдохнули с облегчением — друг к другу надо было ещё привыкать.

— Прошу в дом! — дед начал подниматься по ступенькам.

* * *У Вики, наблюдающей за сценой встречи Романовых, всё больше и больше росло недоумение: сначала Алексей, в отличии от своего деда, грубо нарушил этикет, не поклонившись членам Императорского Рода. Потом к нему выскочила Великая княжна Елизавета, схватила за руку, и они спокойно начали разговаривать. Князь даже присел, не обращая внимания на остальных Романовых, в том числе и на Цесаревича! О чём они говорили, слышно не было, но маленькая Лиза кивнула и с важным видом успокоилась, продолжая держать Алексея за руку. Потом Цесаревич поздоровался с молодым князем, как со старым знакомым… А Мария с Варварой? Такой поцелуй по этикету допускался лишь между родственниками или очень хорошими знакомыми!

— Леся! Что за ерунда тут происходит?

— Скоро поймёшь. — только усмехнулась та.

* * *Поднявшись по ступеням, мы остановились перед поклонившимися Прохором, Лесей, Викой и Сашкой. Лиза отпустила, наконец, мою руку, и подбежала к Вяземской:

— Вика, здравствуй! Почему ты больше ко мне не приходишь?

— Здравствуйте, Елизавета Александровна! — заулыбалась Вяземская. — Я теперь в другом месте служу.

— А у меня теперь братик старший есть! Алексей! — она указала своим маленьким пальчиком на меня.

Хоть Вика и сумела сохранить лицо, но выражение изумления всё же было заметно. Вот тебе и просьба Императора к родичам о сохранении моего инкогнито…

Тут опять вмешался отец:

— Лизонька, подойди! — моя младшая сестра покорно встала рядом с Цесаревичем. — Михаил Николаевич, будьте добры, представьте нам своих гостей.

— Конечно, Александр Николаевич! — кивнул дед, и представил Цесаревичу и моим сёстрам Алексию с Сашкой Петровым, причём, у меня сложилось стойкое ощущение, что отец с Лесей знакомы, а вот мои сёстры видели её в первый раз, но поглядывали на девушку с большим интересом. Это я списал на её медийность.

— Ну, теперь моя очередь.