Камень. Книга 2

Не забыл я глянуть и себя. Мои «снежинки» продолжали исправляться, обещая в скором вымени превратиться в полноценную, красивую и целостную большую снежинку.

— Всё хорошо, деда. — озвучил я ему результат «осмотра», вернувшись в себя. — доспех выравнивается.

— Сколько ещё, Лешка? — поинтересовался дед.

— Думаю, три-четыре дня, не меньше.

— Ну, ладно… — заметно расстроился он.

— Извини. Быстрее не умею… — улыбнулся я.

— Да понимаю я всё. — хлопнул он меня по плечу. — Давай уже в дом пойдём, может вечерком ещё погуляем, да в баню сходим.

Через час приехали Прохор с Лесей, которые привезли с собой и мои вещи. Пока прислуга разбиралась с чемоданами, мы сели ужинать.

— Михаил Николаевич, я прошу прощения, — отвлёк нас от вечерней трапезы начальник охраны поместья, — но на воротах госпожа Вяземская Виктория Львовна, требует Алексея Александровича.

— Требует? — хмыкнул Глава Рода. — Значит, дадим ей Алексея Александровича. Встреть её, Миша, и проводи к столу.

— Будет сделано, Михаил Николаевич! — начальник охраны поместья кивнул и удалился.

— Накрой ещё на одного гостя. — попросил дед у горничной Натальи, указав на место рядом с Алексией.

Как же я мог забыть про Вику? И что теперь будет? Скандала между девушками явно не избежать! И я не придумал ничего лучшего, как уставиться в тарелку с салатом, тыкая в него вилкой, и на Лесю старался не смотреть.

— Алексей Александрович! Не ёрзайте! — сказал мне дед. — Ведите себя достойно!

Минут через пять появилась Вика, в сопровождении начальника охраны. Дед, Прохор и я встали.

— Виктория Львовна! — подошёл к девушке дед. — Очень рад познакомиться! Позвольте представить вам Алексию, соседку моего внука. — Леся встала и обозначила лёгкий кивок. — Со всеми остальными, я так понимаю, вы знакомы?

— Да, Михаил Николаевич. — улыбнулась Вика.

— Отлично! Прошу к столу. И не вздумайте сказать, что не голодны! — он подвёл девушку к её стулу и помог усесться. — Приятного аппетита!

Надо было отдать должное Главе Рода — атмосфера, которую он сумел создать за столом, была очень лёгкой и непринужденной. Все разговоры крутились вокруг предстоящих гастролей Алексии и выставки картин Хмельницкого, ажиотаж вокруг которой всё не спадал. Дед даже прозрачно намекнул мне, чтобы я, вместе с Алексией, сводил Вику в галерею.

— Виктория Львовна, — обратился дед к девушке в конце ужина, — у нас по планам сейчас прогулка, а потом банька. Так что оставайтесь-ка вы с ночевой, дом большой, нечего по темноте в Москву возвращаться.

— Спасибо за предложение, Михаил Николаевич! — кивнула Вика. — Пожалуй, я воспользуюсь вашим гостеприимством.

— Отлично. — заулыбался дед. — В вашу комнату вас сейчас проводят, и вещи какие-нибудь подберут. Встречаемся в холле, через полчаса.