Камень. Книга 2

Кулак, уже практически достигший горла «чёрного», я успел остановить в последний момент. Папаша! Меня аж затрясло. Тогда пожалеем родича… Я вскочил и добавил отцу смачный пинок по рёбрам, от которого его чуть отбросило в сторону. Отец застонал. Опять заверещала чуйка…

— Стоять! — нас с Прохором окружали подтягивающиеся «чёрные».

— И что вы нам сделаете? — меня несло. — Вон, на этих посмотрите. — я указал на уже пытающегося сесть отца и валяющегося Пафнутьева.

— Отставить! — захрипел севший Цесаревич, держась рукой за левый бок. — Приведите в себя Пафнутьева, остальным вернуться к выполнению поставленных задач. Алексей, кажется, ты мне рёбра сломал!

— Мне тоже так кажется, папа. — кивнул я.

— Помоги встать, сынок. Дела не ждут.

— Секундочку, папа. — я демонстративно направился к лежащему Прохору и спросил у него. — Как ты?

* * *«Волкодавы» понуро наблюдали за происходящим на стоянке ресторана. Настроение было отвратительным — неизвестный противник оглушил их неизвестно каким образом. Понятно, что все они слышали про колдунов, шаманов и других жрецов, обладавших якобы уникальными ментальными способностями, но по долгу службы с этой заразой, да ещё и такой силы, не разу не сталкивались. Помнили они и фокус Камня, погасившего на одной из тренировок сознание Воробья, но у последнего был простой обморок, да и расстояние между ними было не больше метров трёх. А тут всех скопом! Даже на стоянке перед рестораном! И всех до предкоматозного состояния! Это ж какой силы должен быть колдун? Да ещё и перепуганная увиденным на стоянке и внутри ресторана полиция шепнула, что среди злодеев десяток трупов без внешних признаков насильственной смерти… Что за ерунда произошла? Да ещё первые очухавшиеся сообщили остальным, что Белобородов Камня откуда-то приволок в бессознательном состоянии, а ведь пацан по плану операции должен был быть в резерве рядом с Орловым. Они это все точно помнили. А то, что спустя непродолжительное время, этот самый Камень подорвался с лёжки как ужаленный, и начал дико озираться? Одни вопросы, и никаких ответов… Хуже всех было девчонкам из «женского батальона», они даже садиться не пытались — болела и кружилась голова, да мучила общая слабость. Одна Вяземская, как выяснилось, чувствовала себя более или менее нормально, и даже приняла командование подразделением на себя. Это тоже сообщили полицейские, пожаловавшись на её крутой нрав при отдаче приказов, когда эти самые полицейские только подъехали к ресторану. Странно повёл себя и легендарный Пафнутьев, отослав Орлова обратно к ним, и удалившийся в сопровождении только Белобородова и Камня.